#фанфик #mercenary #prospector тв нсфв, кровь Кэмпбелл сжимает его талию меж бëдер, выбивая излишне рваный, отчаянный хрип. Меткий толчок на мгновение лишает ориентиров: голова опрокидывается на подушки с мерзким скрипом кровати, пальцы уверенно находят крепкие плечи, сжимая, заземляясь. Вымученное желание замедлить темп захлëбывается в изгибе позвоночника, судороге мышц и удушливом стоне. Субедар бы не замедлился, хоть умоляй, хоть плачь. А Нортон до жути скуп на мольбы. Оборванные ногти оставляют красные линии непосредственно возле артерии. Инстинкт самозащиты срабатывает вяло: наëмник отпихивает руку вполсилы, но стоит ей потянуться вновь, — прикусывает пару наглых фаланг не глядя, очерчивая мнимые границы, о коих не может быть и речи, однако он делал вид. — Угомонись, — хватает под колено, заставляя прогнуть топорную шахтëрскую спину с тихим охом. Старатель недолюбливал позы слишком открытые, уязвимые, но вопреки самому себе сопротивляться и не думал, лишь тихо шипел при первых движениях под новым неудобным углом. Широкая рука скользнула под талию, поддерживая в более устойчивой позиции; Субедар думает, что откупится этим, пока Кэмпбелл пускает слюни на мысли о заслуженном массаже после, в качестве компенсации за неудобства. По бедру течëт. Предполагаемое тепло на липкой потной коже нежданно оказывается не теплом вовсе, а натуральным жаром. Бинты остались отброшены далеко в сторону, за так называемой ненужностью, а рана продолжала кровоточить, пачкая серые простыни и разгорячëнное тело под. Нортону не жаль, когда он пальцем собирает капли крови под чужим ребром, слыша нечаянное ругательство, — ублюдок сам решил поставить гордость выше смысла, отбиваясь от всех попыток помочь и заваливая на спину в ответ. Пусть мучается. Старателя всегда бесила эта тупая, необоснованная упëртость. Возможно, поскольку он сам был таким же. — Сильно больно, м? — в голосе нет ни грамма беспокойства, он не считает нужным даже притвориться. Ногти слегка вдавливаются в свежую плоть, поверх едва свернувшихся капель; на губах застывает кривоватый изгиб. Наиб вздрагивает всем телом, строя вымученную гримасу из сведëнных бровей и сжатой челюсти, прежде чем резко толкнуться тазом вперëд до писка под собой, ускорив темп так, что чужая рука беспорядочно заскользила по рваным тканям, безбожно мараясь в крови по самые костяшки. Боль вспыхивает ярко, вызывая нервное сокращение мышц; теряясь в извращëнной какофонии звуков, меж грязных фраз и ругательств. И как же это, блять, заводит. Лодыжки оплетают крепкий торс, пятки давят вниз невозможно сильно. Больше, глубже, ещë-ещë-ещë. Он запрокидывает голову, забываясь в дымке грядущего освобождения. Собственное напряжëнное после матча тело дрожит, точно в предсмертной агонии. Нортон подносит измазанные алым пальцы ко рту, вылизывая с добротным причмокиванием; преувеличенные стоны скользят меж громкими вздохами, мешаясь с чужими. Он часто тешил себя мыслью о схожести, о якоре в океане непонимающих; только вот Наиб другой. Наиб не ненавидит весь мир и не действует вопреки, всем назло, из невыносимого чувства несправедливости, жалости к себе и ненависти ко всему, что однажды отвергло. Наиб движется благодаря собственной мотивации, шахтëрскому уму неведомой. И это..– Нортон давится воздухом, когда на плечо падает несдержанный укус, предвещавший кульминацию, – это чертовски пугает. продолжение тут. ➰ Отправить свой тейк <3