крохотный хэд о том, что аль-хайтам крайне наблюдателен — и потому учится выражению чувств у других. отчасти осознанно, отчасти нет. как пойдет. эмпатии ему не занимать — да только он не умеет выражать ее так, как обычно выражают остальные. от хайтама не дождешься ни слов утешения, ни каких-либо нежностей; он внимает, делая эту свою _морду_кирпичом_, и выслушивает с видом невыносимого равнодушия, однако. свою бурю он переживает молча и глубоко в себе. есть такой вид: Эмпат Мимикрирующий; так вот аль-хайтам эмоционирует, впечатляется, расстраивается и кричит от радости, но только в себя. с собой он проводит больше всего времени и к себе же привык, и оттого, если хайтаму хочется помочь, он предпочитает помочь делом, а не словом. однако люди разные; кого-то успокоит срез советов и рекомендаций, отчеканенных размеренным голосом, а с кем-то такой маневр не сработает — и кавех, полагаю, попадает под последнюю категорию. вернее как: к опыту-то он прислушается и поблагодарит за слова поддержки, однако сердцем ему хотелось бы стопроцентного вовлечения — а не вовлеченосодержащий продукт. аль-хайтам это понимает. и из-за того, что к кавеху он испытывает нечто ошеломляющее и серьезное, к нему он присматривается… особенно тщательно. его поведение, манеры, реакции на то или другое; как он разговаривает, какие слова находит для остальных и прочее, прочее. со временем в мудрой секретарской голове складывается подробный портрет человека, кардинально отличающегося от него самого, — и эти различия аль-хайтаму начинают нравиться. из-за чего и чувства к кавеху становятся сильнее. тут без сомнений. 💌