🔍 «Нижние палубы» исследовательского бизнеса: что мы нашли, когда изучили сами себя Коллеги, мы привыкли изучать других, а недавно сделали неожиданную вещь — посмотрели под микроскопом на самих себя. В «Группе 7/89» прошло внутреннее исследование. Без бюджета, без грантов. Мы собрали фокус-группы с руководителями, супервайзерами, операторами и интервьюерами из разных городов — от Белгорода до Томска. Итог — десятки часов разговоров, сотни страниц транскриптов и несколько открытий, которыми хочется поделиться. Что нас удивило? 🔹Операторы кол-центров и полевые интервьюеры — два разных психотипа. Их мотивируют противоположные вещи, а мы часто подходим к ним одинаково. 🔹Руководители живут в мире стратегий, а менеджеры проектов — в режиме 24/7, пытаясь закрыть задачи любой ценой. Между ними — пропасть непонимания, которую часто можно преодолеть, только спустившись «в поля». Одна из самых сильных цитат, которую мы услышали: «Авианосец огромный, там палуб 15. Офицеры на нижние палубы не спускались. Им страшно. Мне иногда кажется, что мы примерно в такой ситуации». 🔹Главный конкурент исследовательских компаний — не другие игроки рынка, а низкие зарплаты. Доходы в оборонке и пособия по уходу за ребенком часто превышают выплаты в сфере исследований. 🔹В приграничных регионах (Белгород, например) кадровый голод имеет совсем другие причины. Оттуда люди уезжают не за длинным рублем, а за безопасностью. Работа под сирены — это не KPI, а выживание. Зачем мы это сделали? Мы привыкли быть конкурентами, но есть проблема, которая объединила нас всех: кадровый голод среди тех, кто буквально держит на себе исследовательские процессы. Интервьюеры, операторы, менеджеры проектов — именно от них зависит качество данных, на которые опирается бизнес. Что дальше? Это исследование — начало большого разговора. Мы начинаем серию публикаций о том, как устроена внутренняя кухня исследовательского бизнеса. Следите за хештегом #7_89_исследование. Спустимся вместе в «нижние палубы». Мы в MAX