Друзья! В этом году было не так много стихов, но я рада, что вы остаётесь со мной, а количество читателей, пусть очень-очень медленно, но увеличивается. Если вы знаете ещё кого-то, кому мои стихи могли бы понравиться, расскажите им обо мне, это будет лучший новогодний подарок. ✨ На исходе 2023 думаю о заезженной фразе о том, что можно ли писать стихи после Освенцима, на который поэзия с упорством, вероятно, достойным лучшего применения, дает положительный ответ, карабкаясь за собственные пределы, как улитка на гору Фудзи. Война в Украине, война в Палестине, репресии в родной России и другие истории ненависти и унижения скорее ставят перед нами вопрос, как писать стихи во время Освенцима, особенно, если ты снаружи. Можно не писать – и иногда это единственный выбор, от которого не тошнит. А можно писать – и наверное, только всё время и отвечая на вопрос, а как писать. Такое письмо-просьба, письмо-призыв, письмо-письмо в конверте ФСИН. Как? По возможности, молча, давая говорить чему-то, что останется после того, как стихотворение закончится. Надежда, сопереживание, попытка понять. ✨ Пусть в новом году будут новые слова. Старых всегда не хватает, особенно сейчас. С наступающим!