ТЕАТР УМИРАЕТ, КОГДА АКТЁР ПЛАЧЕТ ПО-НАСТОЯЩЕМУ Была в своё время при институте имени Сербского лаборатория суицидологии. Там работало 11 человек крайне серьёзных профессионалов, все с огромным опытом. Их задачей было исследование пограничных состояний психики суицидентов, и с этой задачей они, надо сказать, справились на отлично. Каждый психиатр (а также психотерапевт и клинический психолог, как ваш покорный слуга) хорошо знает, что: 1) работа с суицидниками крайне вредна потому что 2) активирует у терапевта собственные страхи смерти. От себя добавлю – и это плоды моей многолетней практики - что когда человек находится на своём месте, этот страх смерти у него исчёрпывается именно благодаря терапии суицидентов. Это похоже на то, как писатель всю свою боль не несёт терапевту, а излагает в виде эмоциональных образов на бумагу – и спустя какое-то время обнаруживает её отсутствие. Спустя девять с небольшим лет после плодотворной работы десять из одиннадцати специалистов…покончили с собой. Остался один. Который написал книгу «Клиническая суицидология», посвящённую тем, «не дожившим до её издания» коллегам. Работу не вывозишь именно тогда, когда ты не для неё предназначен. Когда излишне пропускаешь все эмоции через себя, не понимая, что каждый приходящий к тебе на приём суицидент – отражение твоих собственных страхов, а не нечто отдельное, и работать надо именно с собой. При этом не важно, насколько крутой ты в теме специалист. Но в «Клинической суицидологии» об этом нет ни слова.