#этюд В нашем городе аллеи, как кишки. Ненавижу это. Я каждый день хожу на работу через аллею. Деревья рассажены по линейке, с чётким ритмом. Ровную мощёную тропу отделяет почти идеальный бордюр с чёткими стыками. Не атом к атому конечно, но для этого мира – неплохо. Бордюр обозначает однозначную границу для стриженой травы – какое счастье, что её приструнили! А вот деревья – рассаженные по линейке с чётким ритмом! – никто и не думал приводить в равновесность. Они растут уже много лет, и их дурацкие бошки раздались вкривь и навстречу, и едва не целуются друг с другом, но врозь, врозь! Ладно бы целовались, образуя арку, но они стыдливо избегают друг друга, избегают до уродливой трещины!  Я делаю шаг, два, три – это интервал между деревьями. Это ритуал. Нет, это условие. Я отсчитываю бордюрины. Их поровну с обеих сторон, я это знаю. Я считаю одну сторону, когда иду на работу, считаю другую, когда возвращаюсь с неё. Здесь всё держится на мне. Трава для меня лес ощетинившихся пик. Пусть травинки стоят хаотично, но если размыть взгляд, строй шедеврально однородный, без предательских островков грунта. Это как всякие штуки по Гауссу. Я не разбираюсь в местной математике, но мне нравится этот Гаусс. Он меня вообще не бесит. Разброс точек меня вообще не заботит. Он случайный, но подчинён условиям. Вы меня понимаете? Мне кто-то сообщил, вроде та, зовущая себя моей мамой (иногда хочется порвать на ровные квадраты). Она сообщила, что мне нужно сходить к кому-то куда-то. Там я объяснил им всё: и про траву, и про деревья, и про бордюры, и про мой настоящий дом. Мне дали пилюли. Пилюли глупой вытянутой формы. Не стал есть глупые пилюли. Я люблю форму сфер, на которых летают мои друзья. Это для них мой ровный чёрный пробор и ровная чёрная чёлка. Я выравниваю чёлку каждые десять минут – время отсчитываю в голове. Иногда я сбиваюсь, и поэтому мне нужно три раза постучать указательным пальцем по левому карману пиджака. Для симметрии – по правому карману тоже. Они всегда так идеально выбирают момент! Не могу порой спать: ночь, двор, фонарь, мотыльки, забор дощатый у дома (ненастоящего), никого нет, тишина, секундность стрелки – и прилетают. Бесшумно приземляется белая сфера, лица – чёрные. Потом улетают строго вверх, до размеров звёздочки. Я так хочу с ними! Мне всё надоело. Руки по швам – вою и плачу про себя. Можно как с ними, только строго вниз, с моста... Так, мне нужно обстучать каблук с трёх сторон на левой ноге. На правой тоже, в противоположном порядке... Строго вниз – идеально. И всё рассыпется, рассыпется! Исчезнет, и наконец – ровное, чёрное! И никаких кишок!