Человек против песка ˚༄₊˚₊˚˚༄₊₊˚₊˚˚༄ Привет, это Андрей Яковлев, главный редактор Kit. Меня всегда интересовали места с особой связью человека и природы. О некоторых таких я даже писал — например, о городе, где из-за массовой добычи соли начали образовываться огромные дыры, в которые провалились целые дома. За одной из подобных историй шесть лет назад я хотел поехать и в Астраханскую область — в поселок Барханы, которые давно борется с песком. Точнее, с ветром, который этот песок приносит, заметая все на своем пути: дороги, растения, деревянные постройки местных жителей. Помню, для вдохновения я даже читал художественный роман со схожей завязкой — «Женщина в песках», который написал Кобо Абэ. Я в итоге никуда не поехал: тема показалась неоднократно рассказанной другими изданиями. Зато сейчас поехало издание «Кедр». На этой неделе оно опубликовало репортаж Анны Садовиной из Бархан и других поселков области, которые борются с запустыниванием. Если коротко, то все превращается в пустыню. Опустынивание идет на четверти астраханских земель — это 1,3 миллиона гектаров, примерно в пять раз больше площади Москвы. Еще два миллиона находятся в зоне риска. Люди бросают огороды, потому что на раскаленном песке ничего не растет, и больше не ловят рыбу, ведь все водоемы высохли. Ситуацию можно было бы изменить, если пустить в регион воду с ГЭС, уменьшив количество вырабатываемой энергии (а значит, и потеряв деньги). Но делать это, конечно, никто не планирует. Как обычно, во власти никому нет дела не только до изменения климата и ландшафта, а также всей жизни в местных экосистемах, но и до людей, которые выживают при 40-градусной жаре без зелени и воды (ее не могут привезти в поселок, потому что песок перекрыл дорогу). Вот что рассказывают жители села Николаевка: — Ни зубы почистить, ни в баню сходить, — жалуется женщина по имени Татьяна. — Купаемся в зеленой воде. Бывает, одежду постираем, а от нее тухлятиной несет. В каком веке живем? Бабушки с двумя канистрами к магазину ходят, мне до слез обидно на это смотреть. Я сама после операции, тяжело воду носить. — В моей молодости было столько воды — рыбу не покупали. Идет кто-нибудь с рыбалки, в окошко стучит и говорит: на тебе рыбки. Сейчас, когда в магазин рыбу привозят, в соседском чате сразу пишут. Это для нас праздник, — подтверждает Земфира, женщина в красном платье с бусами. Вода в ильмене мутная и теплая. Местные уверяют, будто ильмень теперь можно перейти пешком — не утонешь. Парень в голубой футболке вызывается это сделать, заходит в водоем, медленно бредет метров двадцать — вода едва доходит ему до колен. ˚༄₊˚₊˚˚༄₊₊˚₊˚˚༄