* ✍️ У всего культурного человечества есть несомненно смутное предощущение грядущей катастрофы, но, как во время потопа, все продолжают есть, пить и веселиться, пока не придёт бедствие. Развитие техники помогает современным людям ускорить темп жизни, чтобы заглушить внутреннюю тоску, которая гложет их сердце. Аэроплан, с которого мир кажется движущейся картиною; фильм, состоящий из смены мимолётных впечатлений; и газета, являющаяся тем же фильмом, ежедневно сменяющимся перед нашими глазами – вот три лучших символа современной жизни. Она вся ушла в динамику, т.е. в движение. Человечество, томимое тяжёлыми предчувствиями, не хочет остановиться и задуматься над своею судьбою. Оно стремится как бы убежать от самого себя, или, лучше сказать, от той бездны, небытия, какая уже начинает притягивать его к себе. Отрекшись от Христа, современная культура сама обрекла себя на разрушение. Уже давно подмечено, что народы, забывающие о Боге, становятся недостойными жить на земле, и, кажется, мы снова слышим голос Небесного правосудия: Се оставляется вам дом ваш пуст... дóндеже речéте: благословен грядый во имя Господне (Мф. 23:38-39). Если бы современный мир мог очнуться, он должен был бы воскликнуть: Господи, к кому нам идти, Ты имеешь глаголы жизни вечной (Ин. 6:68). Только Христианство, спасшее мир от гибели в эпоху падения античной культуры, может ещё раз влить новую жизнь в одряхлевшее духовно человечество. Только оно в силах разрешить безболезненно все политические и особенно социальные противоречия, в сетях которых запуталось современное общество. Нельзя создать «механику добра», как сказал проф. Карташев, которую напрасно ищет современная социальная мудрость. Надо вспомнить, что история видела только раз совершенный образцовый порядок на земле: он расцвёл на почве, оплодотворённой благодатию Христовой. У людей не стало пристрастия к земным стяжаниям и различиям и своим, и чужим лишь с тех пор, как огонь евангельской любви спаял их в один организм, у которого было одно сердце и одна душа, и когда они устремились всем существом своим к Небесному граду. В этом смысле Церковь была и доныне нашим «социализмом», как выразился Достоевский. В ней одной все народы и всё человечество сливается в одно «вселенское» братство, в один организм. У неё есть одно животворящее общественное начало, одна всеобъемлющая социальная добродетель – любовь; последняя способна, дать больше, чем требует холодная справедливость – положить душу свою за други своя. Чтобы создать царство всеобщей гармонии на земле, Церкви не нужно снисходить с своей высоты и входить в глубину земных человеческих отношений, чтобы делить имения между людьми, к чему её нередко зовут ныне, а напротив, современная общественная жизнь, т.е. самая её душа, должна подняться над землею и снова органически войти в религиозную стихию. Не взирая на все мировые потрясения, непоколебимым остаётся тот краеугольный камень, на котором Христос Спаситель благоволил утвердить всю жизнь своих последователей: Ищите прежде всего Царствия Божия и правды Его, и это всё приложится вам (Мф. 6:33). _ Митрополит Анастасий (Грибановский) (1873 – †1965), 📘«Беседы с собственным сердцем (размышления и заметки)» #Митрополит_Анастасий_Грибановский