Мне в чёрный день приснится Высокая звезда, Глубокая криница, Студёная вода И крестики сирени В росе у самых глаз. Но больше нет ступени — И тени спрячут нас. И если вышли двое На волю из тюрьмы, То это мы с тобою, Одни на свете мы, И мы уже не дети, И разве я не прав, Когда всего на свете Светлее твой рукав. Что с нами ни случится, В мой самый чёрный день, Мне в чёрный день приснится Криница и сирень, И тонкое колечко, И твой простой наряд, И на мосту за речкой Колёса простучат. На свете всё проходит, И даже эта ночь Проходит и уводит Тебя из сада прочь. И разве в нашей власти Вернуть свою зарю? На собственное счастье Я как слепой смотрю. Стучат. Кто там? — Мария. — Отворишь дверь. — Кто там? — Ответа нет. Живые Не так приходят к нам, Их поступь тяжелее, И руки у живых Грубее и теплее Незримых рук твоих. — Где ты была? — Ответа Не слышу на вопрос. Быть может, сон мой — это Невнятный стук колёс Там, на мосту, за речкой, Где светится звезда, И кануло колечко В криницу навсегда. Арсений Тарковский 1952