Франция выплатит в 2026 году 60 миллиардов евро процентов (сумма, превышающая годовой военный бюджет). И каждое даже небольшое увеличение ставки сильно больно бьет по карману государств-должников. Долговая западня. Есть еще один любопытный нюанс у государственного долга. В отличие от простых смертных, государства не горят желанием отдавать долги из своих кровных, а предпочитают рефинансировать свой долг, то есть выпустить еще долговых облигаций продать их на рынке и с вырученных денег отдать старые долги, по которым наступил срок платежа (это называется "погасить старые облигации", а для физлиц есть свой близкий по смыслу термин "перекредитоваться"). Раньше это было очень удобно, потому что ставка в "жирные" времена приближалась к нулю и даже уходила в минус. Но экономическая ситуация поменялась и сейчас государства вынуждены под большие проценты занимать деньги, чтобы отдать долги десятилетней давности, когда ставка была близка к нулю. То есть сейчас государства-должники гасят десятилетние облигации, по которым проценты были мизерные, и заменяют их облигациями, по которым им придется ежегодно платить высокие проценты. И не надо забывать, что помимо накопленного за все время совокупного государственного долга, у США и других государств, подсевших на долговую иглу, еще и текущий дефицит бюджета, то есть их запланированные в бюджете расходы, превышают доходы. У Франции в этом году дефицит бюджета составит минимум 5% от ВВП (валового внутреннего продукта). Я специально выделил "ВВП" жирным шрифтом, чтобы подчеркнуть: дефицит бюджета соотносят не с бюджетными доходами или расходами, а с ВВП страны, так менее страшные цифры получаются. Подумаешь всего-то 5%. Но это же от 5% ВВП! А в абсолютных цифрах эти цифры выглядят вообще кошмарно. Дефицит в 5% от ВВП Франции - это колоссальная дыра размером в 170 миллиардов евро, а это равно ШЕСТИ военным бюджетам страны. Доходная часть бюджета Франции составляет всего-то 507 миллиардов евро, а не хватаем французам для покрытия всех расходов бюджета еще 170 миллиардов евро, всего-то ничего. А откуда взять недостающих денег?Ответ прост: конечно надо выпустить еще облигаций государственного займа и найти на них покупателей. Но, понятное дело, что в условиях геополитического кризиса и связанного с ним рисками потенциальные кредиторы менее охотно покупают облигации госдолга. Кредиторы, а вместе с ними рынки, очень не любят катаклизмов, войн, блокад проливов и прочих геополитических напастей. И чтобы убедить кредиторов в кризисных условиях купить облигации госдолга, естественно приходится устанавливать повышенные проценты. Чем выше риски, тем выше ставка доходности по облигациям госзаймов, тем больше процентов платят государства-должники, тем меньше у них инвесторов желания покупать акции обычных компаний на биржах, тем дороже все остальные кредиты (предприятиям, физлицам и т.д.), тем меньше инвестиций в экономику. И биржи, и реальный сектор при росте ставки доходности по гособлигациям начинают терять рентабельность, терпят убытки, что для американского общества - абсолютно неприемлемо. Первородный грех или проклятье госдолга. И тут мы подходим к самому главному. Главная беда в том, что эта ставка доходности по десятилетним облигациям (проценты под которые государство берет в долг) определяется не административными методами, не Федеральным Резервом и центробанками, а рынком, которому на указявки американского президента наплевать еще больше, чем Соломону на самого Трампа. И обновляют эту ставку рынки в процессе торгов, если надо, то ежеминутно, в режиме он-лайн. И потому государства и их лидеры крайне заинтересованы в том, чтобы успокоить рынки и снизить таким образом ставку, а вместе с ней и свою долговую нагрузку. Особенно это актуально, когда государство проводит аукцион и продает на нем пакетом свои облигации госдолга.