Почему фильм «Я тоже хочу» Алексея Балабанова является шедевром русского кинематографа? Уровень сюжета фильма сравни творчеству Достоевского, восславившего бога, несущего через книгу трансляции божественных промыслов. Стремление компании людей которые сквозь ад, замороженные земли, среди которых они бродили, найти вознесение в счастье, рай или как минимум чистилище, было передано автором с невероятной точностью. Каждый получает то, что заслужил. Музыкант жил самую безгрешную, чистую душой жизнь, поэтому его приняли. Бандит убивал, воровал и издевался над людьми, он не получил счастья. Девушка была принята, так как она жила в страдании ради матери, метафора её голого путешествия по мерзлоте является описанием её жизни, она страдала, но грешила, дисбаланс пал на страдания и искупление и за это её приняли. Самые интересные кадры, которые продолжаются в реальном мире после кино, это конечно кадры непосредственно с самим Балабановым. Автор через картину заявляет, что его не взяли в счастье и рассказывает историю: «После девятого класса я поехал в экспедицию, рабочую. По озерам Челябинской области. Пробы лечебной грязи брали. Я греб там, и в глухом-глухом лесу мы нашли мертвое озеро. Оно черного цвета, там чудовищная концентрация соли. И я зашел и быстро вышел. А было тепло, и у меня ноги напротив черного озера в белых ботинках. Тогда я понял, как я умру...». Для многих зрителей и критиков эта история — предчувствие и предвидение собственной смерти. Режиссер знал о своем смертельном диагнозе, и фильм стал его завещанием. В религиозном контексте «Мертвое озеро» сравнивается с Мертвым морем, на дне которого, по библейской легенде, погребены грешные города Содом и Гоморра. Это место божественного наказания и символ духовной гибели. Соль в Библии — это образ сохранения веры и «соль земли» (Матф. 5:13). Если соль «теряет силу», человек становится «ни к чему негодным». История об озере может отражать глубокие сомнения режиссера в том, будет ли его душа, как эта соль, принята Богом. Эта сцена выходит за рамки кинематографического вымысла. Известно, что Балабанов скончался вскоре после завершения фильма, и на 40-й день после его смерти обрушилась та самая колокольня, снятая в фильме. Это мистическое совпадение сделало историю с озером и ботинками частью личной мифологии режиссера, его последней исповедью, в которой искусство и реальность оказались неразделимы.