Итак, AU про секретных агентов. — Ты придурошный. Знал это? — Догадывался. Не отставай, выжидай две минуты и прыгай. Не бойся, я тебя поймаю, принцесса. — По возвращении в штаб я буду требовать, чтобы мне сменили напарника. — Заметь, ты уже не в первый раз говоришь это, и в штаб мы уже возвращались. — Да иди ты. Брюнет довольно улыбается и, салютуя двумя пальцами, падает в пустоту. Антон сначала дергается (просто от неожиданности — он совсем не волнуется за него, нет), а после недовольно закатывает глаза, прыгает следом и там его тут же ловят крепкие руки. Ну хоть какая‑то польза от него. «Придурошный», «сумасшедший», «ебанутый» — синонимов можно было подобрать огромное количество, и каждый из них идеально описал Двадцатого. В их кругах всё было просто. Сам Антон — агент Девятнадцать. Его новоиспечённый напарник — агент Двадцать. Ни имени, ни фамилии, ни возраста — ничего больше неизвестно. Для безопасности, говорят все в штабе, и Антон с этим согласен, но каждый раз запоминать новый номер человека — это просто пиздец. Дело-то несложное: выявить предателя, прижучить его и разбежаться, как по морю корабли, как у них всегда было в компании. Нельзя на новое задание с тем же напарником. И слава богу, думает Антон — ещё непонятно сколько времени с этим парнем он не вынесет. Пускай даже Двадцатый и интересный, и умный, и притягательный человек. И Антон потихоньку привыкает. Кажется, уже даже пошлые шуточки ему не противны, и это прозвище уже не бесит — так, для вида глаза закатывает. Блять, не будем кота за причинные места тянуть: привязался кудрявый — что же поделать. Бесился, бесился, так бесился, что вляпался в брюнетa с головой. Теперь и правда на каждой новой вылазке сердце замирает, когда Двадцатый уклоняется от ударов, прыгает куда‑то и ещё как‑то рискует жизнью. *** Это пиздец. Тотальный пиздец, который он сам допустил. Теперь он стоит посреди полуразрушенного штаба, прижимает руку к рассечённой брови и охуевшими глазами смотрит на Двадцатого. Быть этого не может. Хотя с другой стороны — как не может, когда он собственными глазами видел, что брюнет, когда они прибыли доложить информацию, подорвал их штаб? Получается, нашли предателя. Искали два месяца, а он всё это время был под боком. — Я не предатель, Антон. Поверь мне, принцесса — так надо. «Узнал, зараза такая, имя» — Последнее, что думает Антон перед тем как отключиться.