Градус любови ко всему «ненашему» в русской истории менялся от «заморской бесовщины» при Петре I до вожделенного «заграничного дефицита» при позднем СССР. Маркетологи 90-х, воспетые Пелевиным в романе «Generation П» открыли ящик Пандоры и сочные слоганы "Just do it!», «It’s a Sony»,«Always Coca Cola» вместе с «Имидж — ничто, жажда — всё. Не дай себе засохнуть», «Не тормози. Сникерсни!» плотно засели в потребительской культуре. Наши не отставали, кооператив «Глория» из Ростовской области разросся до самой массовой сети одежды «Gloria Jeans», вышли на рынок «Bork» «Vitek» «Erich Krause». Название на латинице добавляла «виртуальной ценности» товара. Строительный бум нулевых породил сотни «City», «Виладжей», «Апартов», на первых этажах, которых коллектив парикмахерской «Наташа» теперь трудится под вывеской barbershop «Вad boy». С 1 марта этот вопрос отрегулирован. Вчера вступили в силу ограничения использования иностранных языков в бизнесе. Информацию для публичного ознакомления надо представлять на отнесут нерекламные сведения, которые бизнес размещает в общедоступных местах, например с помощью вывесок, надписей, указателей, табличек. В стране проблем не было. Вот одну нашли и победили. Теперь заживем.