Коротко о рождестве. У меня была религиозная бабка, и она трижды в год водила меня в церковь. (вообще, в рязани список мест для досуга был невелик — цирк, филармония и церковь, еще лесопарк с синяками, наверное). Сначала я упирался, но потом перестал: в храмах приятно пахло и красивые потолки. Еще круиз-контроль по жизни в бархате и сусальном золоте и с подогревом индульгенцией. Бабка тоже обещала отпуск грехов, что после летних каникул имело вес. Еще думаю, я был ее любимый внук — она давала мне деньги и наряжала в кресты, подвески и кулоны. Так что иногда я был похож на юного рэпера с лейбла РПЦ Лайф и победителя в номинации открытие Гроба Господня. Как-то в рождество мы полезли по сугробам в храм — стоять службу в 6 часов. На четвертый час у меня кончились колени и помутнело в глазах. Я упал в обморок. Меня подхватили чьи-то руки, вывели на свежий воздух, посадили на какой-то пенек. Вокруг сгруппировались бабки. Одна из них авторитетно сказала: — НУ! ДЕМОНЫ ВЫХОДЯТ! Она это сказала с такой мещанской самонадеянностью, и так горячо ее подхватили другие бабки, повторяя "точно, демоны выходят", что я реально поверил в исход демонов (дня на три). Не то чтобы я ожидал услышать "синкопа", "гипотензия", "коллапс", но в ее нарративе был мифологический блеск. С тех пор у меня в анамнезе были исходящие демоны. Особенно они любили турне по обезьянникам, блатхатам и смрадным дырам Москвы и Петербурга. Но уже не любят. Теперь любят кофе, кофе и мелатонин.