📝 Очерк Второй. Тэцугоро Кимура. Побег с острова Продолжение (Предыдущая глава) Глава Седьмая. Теряющийся след После того как Тэцугоро остался в Канске и не воспользовался возможностью вернуться в Японию, связь между ним и родиной начала стремительно исчезать. Для Миёко-сан и маленького Тэцуро наступили годы полной тишины. Но даже в этой неопределённости она продолжала верить, что Тэцугоро жив. В десятую годовщину репатриации она, по-прежнему считая себя замужней, купила себе обручальное кольцо. Письмо, которое отправила Миёко-сан, сообщало, что Тэцуро поступил в начальную школу. В одном из интервью она рассказывала, что узнала о том, что Тэцугоро жив, от вернувшихся на родину японцев, и тогда отправила письмо в Канск. Тэцугоро не ответил. Не смог ответить. Последнее японское упоминание о том, что Тэцугоро жив, относится к 1957–1958 годам. В списке нерепатриированных значилось: «Июль 1957 года. Канск, деревообрабатывающий завод. Жена — гражданка СССР, двое детей. Водитель из волости Сирануи, бывший Карафуто». Позднее, без точной даты, семью Миёко уведомили: Тэцугоро признан оставшимся в СССР по собственной воле. Предположительно, именно после этого Миёко официально вернула себе девичью фамилию — Сакагути. В Японии Миёко и Тэцуро продолжали жить, всё меньше используя слово «отец». Его младший брат Тэцуо однажды произнёс: «Наверное, старший брат умер в Сибири». Никто не стал спорить. Продолжение...