У райских врат нет ангела Ридвана, апостолов Петра и Иоанна (каноны и апокрифы не в счет), Нет никого другого, а еще повернут ключ – и Бог гостеприимен, встречает каждого, зовет по имени, беседует о жизни на земле, о южном лете, северной зиме и межсезонье, временном понтоне.   Бог потирает влажные ладони, рассматривая гостя в небоскоп: - Откуда ты? - Из русского окопа, ребята эти рядом из него же, Прости за неопрятность, мы ведь, Боже, к тебе не собирались в эти дни, до ПВР, до штаба, до родни, до вечера доехать лишь хотели, и вот сидим тут, в смертном бледном теле бессмертная солдатская душа, ни есть, ни спать, ни попросту дышать не нужно здесь – сплошь светские беседы, Друзья, враги – все мирные соседи, и ничего. И нечего уже...   У райских врат подстрелена мишень последняя, и к Богу вход свободен, Он каждого зашедшего проводит до места и расскажет по пути, прощал как прежде и теперь простил…