В центре дискуссии оказались не абстрактные теории, а реальные кейсы и острые вопросы: 🔹 Что такое социальный театр? Вместе с коллегами мы пытались отделить понятие «социальный театр» от просто социального проекта в театре. Обсудили необходимость законодательного закрепления этих терминов, чтобы избежать подмены понятий. 🔹 Межведомственное взаимодействие. Для меня, как для Уполномоченного по правам ребенка Челябинской области, этот пункт — ключевой. Поделилась опытом нашего региона. Уверена: без связки театр — образование — соцзащита — детский правозащитник устойчивого результата не добиться. Важно, чтобы практики, которые показывают реальную пользу в работе с подростками, были масштабированы. 🔹 От энтузиазма к системе. Обсудили, как встроить социальные театры в систему государственного социального заказа. Нужно искать формы поддержки, которые позволят таким коллективам работать стабильно, а не только на волонтерских началах. 🔹 Роль наставников. Поддержала идею закрепления за профессиональными театрами функции кураторства и наставничества над школьными и социальными театральными студиями. 🔹 Обучение кадров. Анна Шалунова подробно рассказала, как учат специалистов для социального театра в ГИТИСе. Нам нужно, чтобы такие компетенции были и у обычных педагогов, и у режиссёров в регионах. Главный итог: сообщество социального театра в России растет и требует системного подхода. Необходимо объединять усилия власти, культуры и общества, чтобы театр становился реальным помощником в деле защиты детства и профилактики. Спасибо коллегам за открытость и глубину! Продолжаем работу в Челябинской области. Уверена, у нас всё получится. 💪