СЕМЬЯ: КАК МЫ ПЕРЕДАЕМ СВЕТ И ТЬМУ   Бывает и другая крайность — когда под видом заботы возникает эмоциональная вседозволенность, когда взрослый боится требовать, боится ограничивать, боится быть опорой, а не только утешением. Такая «мягкость» тоже может стать частью эстафеты зла, потому что лишает ребенка опыта границ, ответственности и внутренней меры. Подобное видение часто встречается в западной психологии, где под видом «здоровых границ» и «свободы от всех и всего» скрывается банальный эгоизм, неспособность выдерживать близость и отказ от ответственности за отношения. В то время как русская мысль всегда подчеркивала, что любовь не отменяет труд, не отменяет дисциплину, не отменяет умение сказать «нет»; она требует зрелости, а не растворения. Однако главным препятствием в понимании травмы всегда становится не сама боль, а нежелание ее признать. Человеку легче сказать себе: так было у всех, это нормально, меня же вырастили — чем встретиться с правдой о том, что привычное было разрушительным. Чтобы разорвать цепь, нужно мужество увидеть: то, что казалось нормой, было травмой. Мужество признать, что любовь, которую ты получил, была неполной или искаженной. Мужество сказать: «Я не хочу передавать это дальше». Мужество стать первым в роду, кто выбирает не повторение, а осознанность. Не инерцию, а свободу. Не тьму, а свет. (Продолжение следует)