"Новая волна" - нежнейшая ода Годару и его "На последнем дыхании", которую бы сам Жан-Люк точно бы отправил в печь Начнем с очевидного. Линклейтер остро чувствует время, понимает его цену и транслирует через киноязык. Мэтр уже делал кино про Орсона Уэллса, теперь добрался до Новой волны, явления, безусловно кристаллизировавшегося если не его стиль, то само желание снимать. Фильм про Годара, но в название вынесена на фамилия, а течение. И это тоже легко объяснить. Конкретные люди для Линклейтера всегда меньше того, что создают, а уж тем более течению времени, в котором живут В сюжетном плане это кино - авторская фантазия закадровых эпизодов во время съемки самого этапного фильма в истории Новой волны. Сколько бы великих картин не создали Трюффо, Шаброль, Рене и Деми с Варда, да и сам Годар, в учебники под номером один зашел именно "На последнем дыхании". Случайная, но обессмертившая ее роль Сиберг, явление миру Бельмондо, камера Кутара, рваный монтаж Декуги. Годар за 21 съемочный день, где честно прогулял парочку-другую, создал акт чистого творчества, изменив киноязык навсегда. Фильм Линклейтера - документальное проникновение внутрь мастерской. Как будто мы при создании Джоконды или внутри головы Шекспира При этом "Новая волна" похожа на что угодно, но не чистый нон-фикшн. Линклейтер топит пространство фильма в теплом солнечном свете. Он расставляет ключевые лица по периметру кадра. Даже самым незначительным, самым эпизодическим он выделяет полноценную секунду и титр. Новая волна для Линклейтера - это уникальное созвездие места, эмоций и времени. Это мир внутри как будто кукольного домика, где у каждого персонажа есть имя и вошедший в историю образ. Не самый заштудированный фильм в истории, где давно разобрали каждый кадр, а хороший повод заново влюбиться в кино, или же сделать это впервые Вот пытается всех примирить Трюффо, пожалуй, самый сносный и упорядоченный автор Новой волны. Где-то бурчит Шиффман, чья грубая шутка поднимет настроение Годару лучше прочего. Вот Сиберг с мужем Морёем, разносящая эмоциями спальню и не понимающая, что погаснет в 40. Вот весельчак Бельмондо и рожденная им всепоглощающая химия Пуаккара. Мелькает немногословный ветеран Вьетнама Кутар, технический гений и виртуоз. Росселини, который забрел в редакцию Cahiers. Все эти речи-речи-речи. Линклейтер умещает мрамор в уста актеров-дебютантов. Всё как у Годара, более-менее известна лишь Зои Дойч. Как и Сиберг в реальности. Границы кадра, формат, пленка. Линклейтер делает это не ради оммажей и пастишей, а для чувства времени, дайвинга в эпоху У режиссера свой взгляд на персонажей. Он завязан на личных ощущениях. Несносный Годар у него непременно еще и милый бунтарь, то затворник, то недотрога, то живой сгусток энергии. Им движет зависть (свой фильм к этому времени снял даже Риветт, Шаброль - два), неуверенность, гениальность. Сочетание несочетаемого. Мелвиль в шляпе и темных очках - мэтр, Ален Рене вот-вот переплывает на левый берег, Брессон, который привел карманника Кассажи на съемки, еще один мэтр Кокто, вещающий почти в стиле Джона Форда. Всемогущий продюсер де Борегар, пасующий перед мелким выскочкой. Линклейтер так прочно работает с атмосферой, что умудряется оживлять эпизодических героев до уровня наших старых друзей. "Новая волна" - кино очень уютное, как будто бы говорящее, что творчество - это что-то весьма доступное. Где-то место счастьем и свободой, как в той спальне у Бельмондо и Сиберг Годар, впрочем, такой фильм вряд ли бы вообще одобрил. Мимикруя под методы француза, кино нарушает его главный закон - интуитивность действия. "Новая волна" излишне структурирована, чрезмерно спланирована, имеет сценарий в конце-то концов. Линклейтер - не Годар, для фильма ему нужно больше пистолета и красивой девушки. В его фильме нет пяти фильмов, как завещал Трюффо. Его синефильский эксперимент, прежде всего, признание в любви, мечтательная зарисовка существовавшего лишь в грёзах