Авторитетный бизнес и региональная власть: связанные одним паяльником одной целью По иску Генпрокуратуры суд обратил в доход государства 75% акций «Южноуральского завода магниевых соединений» и 100% доли в уставном капитале «Завода ФММ». Среди ответчиков – два бывших министра природных ресурсов и имущественных отношений Оренбургской области Константин Костюченко и Александр Самбурский. В ГП считают, что контрольный пакет акций «Южноуральского завода магниевых соединений завода» был продан по заниженной цене (183 млн рублей при рыночной стоимости 668 млн) и без конкурса. А достался он авторитетному бизнесмену Сергею Корчагину (об уровне его авторитетности говорит погонялово «Кочерга»), в 1993-2021 годах «курировавший» регион и назначавший «смотрящих». По версии силовиков, Корчагин с компаньоном Олегом Скубаковым деньги в развитие предприятия не вкладывали, а вырученную прибыль под видом беспроцентных займов направляли на расширение материально-технической базы собственной компании. Банальная новость из хроники ползучей деприватизации, если бы не ее бэкграунд – сращивание «авторитетного бизнеса» и местной власти, произошедшее в 90-х, до сих пор несокрушимо, как блок коммунистов и беспартийных в советские времена. Тот же Самбурский в 2012-2017 годах был замминистра по управлению госимуществом Свердловской области. После ареста своего шефа стал фигурантом большого коррупционного уголовного дела, но это не помешало назначенному в 2019 году губернатором Оренбургской области Денису Паслеру сделать его региональным имущественным министром. А Костюченко возглавлял это же министерство при губере Юрии Берге в 2010-2019. Вопрос уже даже не в том, что губернаторы должны отвечать за действия своих подчиненных (как, например, в незаконной приватизации ЧЭМК), а в том, что смена одного министра на другого никак не поколебала коррупционных связей. Можно, конечно, поиронизировать на тему, не использовал ли «Кочерга» паяльник и утюг для принуждения Костюченко и Самбурского к сотрудничеству. Но складывается твердое убеждение, что оба чиновника – бойцы группировки «корчагинцев», которых их авторитетный главарь делегировал в органы власти при молчаливом (или оплачиваемом?) согласии вышестоящего начальства. И это только в отдельно взятом Оренбуржье.