​​Что получится, если взять форму сатиры в духе Бертольда Брехта, Марио Моничелли или даже Пола Верховена, где каждый персонаж выражает целый общественный тип, и, словно ложкой, выковырять всё содержание, оставив только оболочку из самых поверхностных банальностей? Получится «Эддингтон» Ари Астера. Режиссер, прославившийся весьма любопытными хоррорами «Реинкарнация» и «Солнцестояние», решил ступить на почву политики. Сюжет, в котором консервативно настроенный шериф (Хоакин Феникс) противостоит либеральному мэру (Педро Паскаль), превращается в своеобразный инкубатор, куда запускаются чуть ли не все элементы современной мейнстримной повестки: COVID-19 и антиваксеры; BLM и торговля людьми; экология и IT-гиганты; полицейское насилие и жертвы харрасмента; индейцы и конспирология. Дискурс надевается на нехитрый повествовательный скелет, как мясо на шампур, и становится самоцелью всего произведения. Это всё могло бы быть остроумно, если бы не сползало до простейших формул, достойных разве что постов в X (бывшем Twitter): «Власть парализована, и ею управляют невежественные карьеристы»; «Творческая интеллигенция при тирании бесплодна, но расцветает, освободив свой разум»; «Афроамериканцы, продавшиеся системе, строят карьеру на костях собратьев»; «Демократы находятся в сговоре с крупными корпорациями» и прочая, и прочая. Допустим, гражданское высказывание Ари Астера скомкано и наивно, такое бывает. Но что по поводу ремесла? Может быть сложилось с рассказом истории или актерскими работами? С этим дела обстоят ничуть не лучше. Ведь, строго говоря, «Эддингтон» — это не совсем фильм. Это набор эпизодов, без видимой логической связи состыкованных друг с другом и полностью подчиненных стремлению побольше рассказать о современной Америке с ее Дональдом Трампом и воспоминаниями последних лет. В данном случае содержание полностью подчиняет форму, передавая ей и собственную рыхлость. Причем, по-видимому, режиссер не испытывает большой страсти по поводу декларируемой позиции — фильм движется на редкость сонно, и даже там, где проглядывает нечто живое, вязнет в болоте. А отличные артисты вроде Хоакина Феникса или Эммы Стоун вынуждены на протяжении всей картины быть ходячими иллюстрациями простейших политизированных тезисов. Нет ничего плохого в тенденциозном искусстве. Тем более, всё оно в той или иной мере тенденциозно. Но когда авторы сами не знают, что думают об окружающем мире, а их гражданское сознание сводится к набору тегов из соцсетей, возможно, стоит вернуться к старому-доброму жанровому кино. Пользы будет больше, в том числе и для общества.