Поход - это воплощенный коммунизм. И гори огнем Адам Смит. Зеркало. Этот друг и волшебный помощник всего глянца (волшебный оттого, что смотришь своими глазами, а видишь глянцевыми) в походе отсутствует. Возможность непрерывно разглядывать в зеркале свои (всегда сравнительные) достоинства и недостатки пропадает и невольно возникает мысль: а это обязательно? С каждым днем растет доверие к себе беззеркальному. Выясняется, что без зеркала можно жить. И жить хорошо. На женщин это производит настолько неизгладимое впечатление, что этот опыт стараются забыть в первую очередь после возвращения. Информация. Вся приходящая на тело информация строго интегрирована. Это означает, что она взаимоподтверждается. Холод на коже, дублируется льдом на реке и визируется изморозью на палатках. (На контрасте - появление огромного котлована под жилой комплекс перед вашим окном, ничем не объяснимо и ниоткуда не выводимо, не согласовано ни с солнцем, ни с температурой и ни с какими другими источниками информации). В походе вся информация законна. Бред, порождающий больший бред, например, «рост опционов и криптовалют на Лондонской бирже», отсутствует. Ты подключен ко всему что тебе необходимо прямо сейчас - ушами, носом, ртом, кожей, глазами и умом и отключен от всех проводов, что обычно ведут к соревнованию и войне. Формула похода. Отсюда проистекает фундаментальное определение похода: В поход ничего не входит. Из похода ничего не выходит. В походе нет ничего чего нет в походе. Если случится ядерная война - ты не узнаешь. Если завтра объявят дефолт Сбербанка - ты не будешь ворочаться на лапнике, не сомкнув глаз до утра. Все, включая самых близких, и даже наидрагоценнейших котов, будут живы, даже если они умерли, пока не кончится поход! И это великое напоминание о том, что смерть это лишь мысль о смерти и не более того. Определению похода подчиняются как звонки и сообщения от любимых, которые мы (странно, правда?) перестаем ждать в походе, так и наши претензии, требования и счеты к другим, невозможные без исходящей связи. Свобода Поход освобождает нас. Люди в походе сосредотачиваются на жизни здесь и сейчас, ибо другая жизнь для участников похода просто не существует. В походе ты не делаешь что-то, чтобы потом возникли результаты. Если ты готовишь завтрак, то чтобы сейчас его съесть. Если гребешь - плот сейчас плывет. Если костер, то тепло. В походе все сейчас. Размышления на тему, что сейчас надо сделать, чтобы потом появились деньги, или не наступили тяжелые последствия, отсутствуют полностью, равно как налоговая, полиция и прочее карающее начальство. Горизонты планирования снижаются до сегодняшнего дня, обслуживание великих привидений (вчера и завтра) прекращается. Одиночество Практически отсутствует - ты все время на виду. Деление поведения на личное и социальное исчезает. (Смотрю порно, когда один, не делаю этого при товарищах). Напротив, коллективное времяпрепровождение (например, пьянка) может занимать области ранее резервированные под одинокие занятия. Проще говоря, можно сохранить только те «дурные привычки» которые есть и у других и, следовательно, они перестают быть дурными. Отпадают ложные «приватные» игры. Секс между двумя людьми становится общим делом, так как вся информация о соитии выставляется в публичное звуковое и наглядное пространство колеблющейся палаткой. Грубо говоря, участник похода деятельно приобщается к древнейшей истине - все что хорошо стоит делать всегда, то что плохо - никогда. Что хорошо и плохо решается коллективно и эмпирически. Скорость. Возможность ускорения чего-либо (если вы не дегенерат, взявший мотор на «плот») строго ограничена обратной связью организма. Привлечение каких бы то ни было бустеров типа бензина и электричества исключено. А вместе с исключением бустеров медленно распадается и один из самых разрушительных режимов сознания - соревнование. Некого обгонять, незачем спешить - товар неограничен. Распаду желания соревноваться способствует еще один фактор - в походе нет незнакомых люде