‎Внезапно дверь открылась. Редемин быстро оторвался от печи и повернулся в сторону входа. ‎ ‎—Солдатик, и дел нет смотрю, и не празднуешь с остальными. Надо было тебя в наряд поставить. Все равно сидишь да скучаешь. Даже спать не хочешь чтобы силы восстановить. ‎ ‎Это была Ниллиана. Редемин почти сразу же почувствовал от неë нетрезвый запах. ‎ ‎—Госпожа унтер-офицер... ‎—Так, нет, хватит. Я устала от этих воинских формальностей с твоей стороны. ‎—Зачем ты пришла? ‎ ‎Все прежние мысли моментально вылетели из головы Редемина. ‎ ‎—У нас в лагере есть несколько демониц. Сейчас активно радуют солдат, те в неописуемом восторге. Да и, по правде сказать, они действительно интересные вещи в постели делают. Почему ты не с ними? — игриво сказала она, сев на свободную койку. ‎—Я не любитель подобного рода мероприятий. ‎—Опять строишь из себя правильного недотрогу? Одна и на всю жизнь, да? ‎—Наверное, да... — Редемин опустил свой взор вниз. Он чувствовал, что она снова пытается его задеть. ‎—Я вот помню тоже хотела одного и на всю жизнь. Но поняла, что это бред. Сентиментальный бред. После этого, я трахалась так много, что, наверное, запросто нашла бы себе место во Дворце Порока. Кстати, как думаешь, из меня получился бы хороший суккуб? Демоница любви и нежности. ‎—Они страсть. Но точно не любовь. Любовь это что-то более великое... ‎—Ой, не начинай только, прошу тебя. Как христианин рассуждаешь. Ты не из таких случайно? ‎—Я молюсь разным богам. Но не Христу. Да и, в общем-то, молюсь я редко. ‎—Твоя риторика говорит об обратном. Еще бы шлюхой меня назвал для полной картины. ‎—Мне неприятно говорить на эти темы. И никого я шлюхой называть не хочу. Это твоя жизнь. ‎—Вот как? И даже ревновать не будешь? Может, мне стоит пойти и опробовать групповое развлечение, дав демоницам перекурить? ‎—Прошу, хватит. ‎ ‎Редемин отвернулся от Ниллианы. Его взгляд устремился к печке, которая мирно потрескивала и успокаивала солдата. ‎ ‎—Я же вижу, как ты смотришь на меня. Это влюбленные глаза. У меня тоже такие были. Когда-то. ‎—А что случилось? — Редемин не отводил взгляда от печи. ‎—Я влюбилась в сказочного дегенерата, вот и все. Если кратко. Я любила, он пользовался. Банальная история. ‎ ‎Редемин развернулся. И посмотрел на девушку, не сказав ни слова. ‎ ‎—Ну вот же, снова эти глаза. На меня такими никогда не смотрели. ‎—Ты считаешь, что тебя никто никогда не любил? ‎—Я думала, до этих дней, что я единственный человек, умеющий любить. Но уничтожившая в себе эту слабость ради хорошей жизни. ‎—Хорошая жизнь? Без любви? Невозможно. ‎—Да? Жизнь без разбитого сердца. Это прекрасно, поверь мне. ‎—Верить человеку, который глушит душевные боли алкоголем и интимной близостью со всеми подряд? Смешно. ‎ ‎Ниллиана начала сверлить Редемина взглядом: ‎ ‎—Надо же. Вот и ты меня задел. Отомстил, молодец. ‎ ‎Редемин почувствовал себя неловко. Он понял, что сказал что-то такое, что сделало девушке больно. А ему этого не хотелось. ‎ ‎—Прости меня... прости меня, пожалуйста. ‎—Да брось, не сильно задел. Я несостоявшаяся шлюха, попавшая в армию. Если выживу, уйду со службы и буду расти карьерно в Порочной гильдии. Боги разврата наполнят меня своей энергией, и я стану демоницей. Буду вечно жить и вечно трахаться со всеми подряд. ‎—Нет, не говори так, пожалуйста.