Была ли Астрид Линдгрен русофобкой? (2) Потому что если сейчас не орать и не паниковать - то когда вообще орать и паниковать? 22 июня 1941 года. «Утром в половине пятого немецкие войска перешли российскую границу... Колоссальные армии стоят друг против друга вдоль всей границы от Северно-Ледовитого океана на севере до Черно моря на юге. Будущее представляет собой один огромный вопросительный знак. Что будет со Швецией? Все увольнительные из армии на праздник Середины лета отменены...». 28 июня 1941 года. «Национал-социализм и большевизм - это, приблизительно, как два динозавра, схватившиеся друг с другом. Неприятно быть на стороне одного из динозавров, но в этот момент не остается ничего иного, кроме как желать, чтобы Советы были прижаты, как следует, после того, что они себе заграбастали в этой войне, и за всё зло, причиненное Финляндии. На восточном фронте стоят друг против друга самые крупные в мировой истории массы войск. Страшно подумать. Как будто наступил Армагеддон...» Стоп! - скажете вы. - Так что же, получается, что в противостоянии Германии и России она выбрала сторону Германии? А я отвечу - да. Если не врать самому себе - так оно и есть. Вы правы. В этом мире часто случается, что у людей не получается остаться в стороне и приходится выбирать из двух дерьмовых вариантов. Поскольку в этом дневнике она была с собой очень откровенна - то задала себе этот вопрос и честно на него ответила. Она не любила ни тех, ни других, но если придется выбирать - она бы предпочла оказаться на стороне Германии. Но вас действительно удивляет, что в выборе между двух зол "русскому с татарином", которыми к тому же ее пугали с детства, с 1917 года, шведка предпочла немцев - с которым у шведов практически один язык и практически общая история? Вопрос пятый:Есть ли еще какой-нибудь фактор, кроме национальности и воспитания, повлиявший на ее выбор? Да, есть. Работа. Этот дневник она начала вести в 1939 году, будучи домохозяйкой. А в 1940-м - поскольку жизнь становилась все хуже, а продукты - все дороже, она устроилась на работу в правительственную службу почтового контроля. Да, та самая пресловутая военная цензура. На практике это была очень рутинная работа. В ее обязанности входило читать вскрытые письма, пришедшие из-за границы, или адресованные за границу - и вымарывать в них черной тушью все неправильное или секретное. В основном это были письма из соседних государств - оккупированной немцами Норвегии, воюющей с СССР Финляндии и из стран Балтии, которые Советский Союз как раз в это время аннексировал. Службу эту свою она откровенно не любила, называла в дневнике «грязной работой» - но вы же сами можете себе представить, ЧТО она начиталась в этих письмах. И какой образ Советского Союза у нее в итоге сформировался. И не забывайте - интернета не было, ей негде было ознакомиться с альтернативным взглядом на эти события. До создания "Раши-тудей" и "Спутника" оставалось немногим меньше столетия. Вопрос шестой. Считаешь ли ты сам Астрид Линдгрен русофобкой? Нет, не считаю. И вот почему. Многие любители привести цитаты из дневника Астрид Линдгрен упускают из виду одно обстоятельства. Это был не ее ЖЖ и не телеграм-канал. Этот дневник она вела в годы Второй Мировой войны, с 1939 по 1945 год. Это была ее отдушина в тот период, когда она еще не была писательницей. Как только вышла ее первая книга, дневник она писать перестала. Дальше все важные для нее слова она уже писала в книгах - как, впрочем, и все другие писатели на Земле. Но книги она писала для всех, а дневник - для себя. Только для себя. Это важно. Ну просто в военные годы тетке было так плохо, что необходимо было проораться. Мужу проораться не получалось. С мужем в эти годы все было очень сложно. У него появилась женщина на стороне, он фактически уходил из семьи, и это в какой-то момент стало для Линдгрен важнее, чем война.