🤍Ждать «Парк Победы» в 2027 году? А может лучше… В начале марта стало известно, что станцию метро «Парк Победы» не запустят в 2027 году, как сообщалось ранее. План реконструкции вестибюля и замена эскалаторов должны быть пересмотрены застройщиком, а на доработку проекта ГУП «Петербургский метрополитен» готов потратить до 135,1 млн рублей. Корректировка сдвинет сдачу объекта на неопределенные сроки. Не для первого поколения петербуржцев канцелярские обещания происходят с поправкой на вечность. В противовес этой печальной привычке рассказываем о грандиозной стройке, завершившейся в срок. Цену этому подвигу знали лишь двое: Бог да граф Клейнмихель. 1 (13) февраля 1842 года Николай I подписал указ о строительстве железной дороги между Петербургом и Москвой. Маршрут протяженностью 604 версты (≈644 км) император начертил лично. Петр Андреевич Клейнмихель — главноуправляющий путями сообщения и публичными зданиями — заверил государя, что дорога будет построена к 25-летию его воцарения, и пообещал, что на «торжества» в Москву император отправится поездом. Иностранные железнодорожники крутили пальцем у виска: предстояло не просто проложить рельсы, но и возвести 184 моста и 300 зданий различного назначения. Предсказуемо, что сроки сдачи стали поджимать. Петр Клейнмихель бросил клич по губерниям: тысячи крестьян, только посеявших яровые, оказались на объекте в качестве дармовой рабочей силы. Н.А. Некрасов в стихотворении «Железная дорога» прямо указал на виновника каторжных условий работы крестьян: «Граф Петр Андреевич Клейнмихель, душенька!» Но стоит отдать должное: дорогу прокладывали на совесть. Мосты возводили по технологиям инженеров Уильяма Гау и Дмитрия Журавского так, чтобы раскосы пролетов стягивались поперечными железными стержнями. Таким образом конструкция позволяла перекрывать пролеты внушительной длины. Впрочем, где решительные технологии, там и бюджетные спекуляции: за шпалу номиналом 30 копеек подрядчикам платили 7 рублей — за одного землекопа платили как за троих. Если Царскосельская железная дорога государству обошлась в 42 тысячи рублей за версту, то строительство версты Николаевской стоило уже 165 тысяч, суммарно потребовав от казны 64 миллиона рублей! В чьем кармане оседала разница — догадаться нетрудно. На вопрос о стоимости строительства Николай I с горечью ответил: «Об этом знают только двое: Бог да Клейнмихель» — такова была расплата за своевременный ввод в эксплуатацию. Вот так парадокс больших строек Петербурга из века в век остается неизменным. Добросовестное, но затяжное строительство, или форсированное, но с оглядкой на казну. «Бог да Клейнмихель» — риторический вопрос. 🩵Подписывайтесь на Будущий Петербург — вступайте в диалог о городе! ВК Будущий Петербург — остаемся на связи.