Она мастерски делала вид, будто всё хорошо И поведала массам о тех двух процентах «чудесно». Девяносто же восемь «ужасно» сложила в мешок И про всё промолчав, умостила мешочек на плечи. Улыбаясь сквозь боль, она молча томилась тайком И держала как можно ровнее беднягу-осанку. Фотографии с фильтром скрывали сутулость и ком Подступающий к горлу с привычной для взрослых опаской. И вокруг всё у всех хорошо: и улыбки оскал, И осанка как-будто бы вечно такая прямая. И она ненароком пытается выдать себя За счастливую даму, как каждая дама вторая. А мешок тяжелеет, и спину всю ломит, щемит. И уже не спасает несчастная недоулыбка И набатом вопрос: для чего этот глупенький цирк? Для чего так боятся быть слабым и неказистым? Эта мысль промелькнула, и тут же сошла на нет. Слишком сложно быть честным, когда большинство - нечестных. И она, проглотивши ком, побрела на след Циркачей, у которых мешки обрамляют плечи Но которые делают вид, будто всё чудесно. 6.06.25