Цитата: "Трамп, инициировав атаку на Иран, сделал больше для входа в многополярный мир, чем десятилетие БРИКС" Когда начались удары по Ирану, мир ждал военной дуэли за Ормузский пролив. Отсюда стратегия - переждать, потом компенсировать убытки и зафиксировать прибыль. Ожидали запуска отработанной стратегии англосаксов по дальнейшему военному прикрытию финансовых и торговых операций с креном на создание собственных монополий или прикормленных компрадоров. Но к 5 марта пролив оказался парализован не минами, а циркулярами из Лондона. Директива монополии английских страховщиков (отказаться от страхования судов) фактически создала блокаду, которую не прорвать авианосцами. Стандартная логика «подавил угрозу — открыл путь» безнадежно устарела. Глобальное перестрахование имеет жесткий потолок капитала под военные риски — около $1 млрд в год. Один подорванный супертанкер стоимостью $150 млн, и безграничные экологические выплаты уничтожили бы годовую прибыль всего рынка. Поэтому лондонские синдикаты отозвали покрытие за 72 часа, а страховка, если предлагается, взлетела до 3% от стоимости судна. Когда цена проверки безопасности съедает прибыль рейса, рынок останавливается сам. Ситуацию усугубил «парадокс контрагента». Убийство лидера Ирана запустило доктрину «мозаичной обороны»: КСИР распался на 31 автономное провинциальное командование. Каждое имеет право атаковать без приказа из центра. Страховщикам для возобновления работы нужен единый гарант безопасности, а теперь его нет. К этому добавляется «арифметика перехватчика». США сбивают иранские дроны за $50 тыс. ракетами за $12 млн. При производстве 8 ракет THAAD в месяц и истощении запасов за первые дни войны Пентагон скоро встанет перед выбором: защищать Израиль, Тайвань или танкеры в Заливе. Итог: пролив закрыт рефлексивной петлей. Страхование ушло из-за риска, а сам риск вырос из-за децентрализации конфликта. Рынки ждут решения за недели, реальность дает на это месяцы. Восстановление займет годы и структура мирового финансового контроля точно поменяется. Старые институты уже не могут... Грядет  многополярность в политике и финансах. И Россия здесь будет играть все возрастающую роль.