В личной – надо крутиться, чтобы выжить, надо думать только про себя. Серьезное участие в общих темах – опасная блажь. Общественная (опционно) – нам надо победить зло, и любые жертвы, кроме моей, оправданы. И это, безусловно, трагедия, которая будет иметь долгоиграющие последствия в каждом из нас в отдельности и в обществе в целом. Закончится война – мы, конечно, будем праздновать, порвём два баяна! Но потом ещё долгое время призывы к участию в общих, социально важных темах будут восприниматься нами как наебалово. Как и раньше, у нас будет много красивых и душевных личных историй, но состоянием общественного мы едва ли будем довольны. Впервые за сто лет после череды войн и революций мы могли получить поколение, лишённое фобии общественного действия, поколение, способное менять мир вокруг себя к лучшему. Потрачено. Общество вновь разбито на циничные атомы. Каждый, кто после войны захочет изменить окружающую среду к лучшему, услышит тысячу оправданных упрёков в наивности, и будет иметь тысячу поводов свернуть с достойного пути. Я понимаю, что много нюансов, что, пока идёт война, правду лучше молчать. Всё это неизмеримо печально, но всё ещё не повод становиться ренегатом. Нам понятно, кто это начал, чьи пухлые щёчки без стеснения радуются этой движухе, но безумно грустно, что для выживания, для победы, да вообще для любой жизни – всем нужно напитывать себя подлостью. 11:52. Я всё. Простите. 11:53. Ничего. Всё хорошо. Я вас поняла. Ваши симптомы очень напоминают те, что были у Антона. Я готова с вами работать, но скажу сразу: вам, как и Антону, не стоит покупать длительный абонемент.