ходить на работу со свежими, еще вчерашними, следами от веревки на шее - норма. заваливаться в первый попавшийся на глаза бар после упаковки любых принятых таких же первых попавшихся на глаза таблеток, запитых водкой - норма. встречать рассвет с перемотанной скотчем и бинтами рукой после очередной бессонной ночи - тоже норма. такая же до ядовито-горького привкуса во рту норма, как и выкуренная за сутки вторая пачка сигарет, как и утреннее похмелье, от которого уже даже не тошнит, просто трясет, как и желчная рвота в короткие светлые промежутки, когда становится до белых пятен перед глазами, до крови прикушенной губы и до разъеденных от желудочной кислоты пальцев ни с того ни с сего страшно, что последняя выпитая таблетка и правда может убить. ха. как будто все до нее - не могли. как будто каждую - все разных цветов и все с разным, но одинаково горьким привкусом - дазай выпивал не по своему желанию, единственно-правильному, соответствующему его единственно-приавильной истинне в жизни, которая не стоит больше, чем упаковка обезболивающего без рецепта и еще одна бутылка крепкого алкоголя любого качества. все это для дазая - норма. так было вчера, позавчера, неделю назад, месяц назад, год. так будет завтра, послезавтра, через неделю месяц или год. если все-таки в этот раз эта такая же, как и все другие, разноцветная таблетка, не успевшая выйти из его желулка неестественным путем посредством разъеденных, покрытых язвами, пальцев, все же не будет последней. #dark