МЭТТ ЛИКАТА Наступает момент, когда старые карты уже не работают. Когда растворяется то, что когда-то имело смысл. Когда распадается идентичность. Когда будущее кажется туманным. Умирает старая мечта: о себе и о том, какой должна была быть моя жизнь, об уверенности, что именно так все и будет. Часто именно в этот момент начинает проявляться горевание — не только по тому, что было утрачено, а по тому, что так и не было прожито. Телу хорошо знакома эта территория. Оно несет в своих тканях непрожитую жизнь. Невыплаканные слезы. Невыраженный гнев. Желания, которые пришлось похоронить, чтобы выжить. И когда эти слои начинают размягчаться, мы можем быть дезориентированы и даже напуганы. Нас всегда учили бежать из таких мест — исправлять, прорабатывать, превосходить. Но ведь именно в этих местах пытается проявиться нечто сущностно важное. Боль, дрожь, ощущение незнания — не признаки поражения. Это признак того, что психика реорганизуется вокруг своей правды. Это проявления союзника, ранние знаки эмиссаров целостности, которые стремятся к перестраиванию. Это горе как инициация. Не патология. Не разрушение. Это точка входа. Войти в эту дверь — дело любви, дикой, безудержной любви, которая говорит: «Моя жизнь важна. Я важен, и важно то, что значимо для меня». Произносить эту молитву телом, позволяя её расходиться кругами по воде, позволяя ей перестраивать все. Отпускать фантазию о том, что когда-нибудь мы наконец «придем» к любви — понимая своим телом, своими тканями, своими фасциями, своей душой, что любовь уже перестраивает нас. (перевела Наташа Пресс, вспоминая произнесенной подругой в практике слово «печаль»).