Дома поселился Зяма. Первым делом с утра бегу к нему и смотрю: не исчез ли за ночь, точно ли существует, как он там? Покой утерян, сплошное любование и вздохи. На ваших глазах творится, конечно, полное безобразие, и не понятно, как вы это принимаете, как до сих пор не отписались? Вот, например, кофе. Не я ли кричала с виртуальной трибуны, что пью только чай и ничего кроме чая? Не я ли с сочувствием и высокомерием относилась к заблудшим кофеманам? Я! А теперь такую магию выжигаю из турки, что мир замирает, зависая на нотках кардамона и корицы. А Мята? Кисуля эта ваша. Сколько раз мною было сказано, что терпеть я не могу кошек, что я за собак, что не надо мне этих мурчаний, без меня, до свидания. Где я теперь? Теперь зову вислоухую морду — доченькой, не смею сесть в кресло, если там дрыхнет её величество, Мята то — Мята сё. И вот — Зяма! Знакомьтесь: Зяма — это замиокулькас. Язык сломать можно, да? Всегда я была против джунглей дома: мне и некогда, я и дома не бываю, я и смысла не вижу, ещё и земелька просыпется, а это не по уставу. Вот так было раньше. Второе утро я бегу к цветочку и ликую — стоит! Настоящий. Зелёный. Пшикаю. Хихикаю. Мята трётся в ногах и гремит миской. Платон просит утренний кофе. Вот до чего мы докатились. Нет стабильности ни в мире, ни в доме. Хуже того, собираюсь в цветочный центр — в поисках фикуса Бенджамина. Пишу это и самой страшно. Так дело и до закруток дойдёт: буду у вас уточнять, как стерилизовать банки и где брать лаврушку. p.s. Рассказывайте про ваши домашние растения. Кто растет, куда растёт, зачем? Давайте фотографии в комментарии, чтобы уж я сразу всё захотела и лопнула от восхищения.