#темвременем Не понимаю, где набирают дизайнеров, которые так безвкусно превращают супрематизм в лубок. Вообще замучили Малевича и русский авангард. Сели и поехали на простоте высказывания и штампуют «русский стиль», упуская качество. Рынок жесток, но люди все чувствуют, когда искренность становится продуктом, она теряет свою суть. Душу… Два года назад я показывала в галерее на Шаболовке документально/художнический проект «Путь Малевича». Это не просто выставка, а предложение создания музея художника под открытым небом – 7 его мест силы, связанные подмосковным (от метро Кунцево до Барвихи) маршрутом длинной в 15 километров. Ну классно же в погожий день совершить длинную прогулку, пешком или на велике, и узнать, как на самом деле творился русский авангард. Где Казимир собирал ветки, чтобы его жена и дочь плели из них корзины, чтобы потом продать на рынке и купить еды. Чтобы потом пойти в мансарду и писать там космическую геометрию, эскизы жизни будущего. Удивительно, но на каждой точке от места силы художника сохранились дубы, как будто нарисовав самой природой портрет Малевича –методом органики его друга Матюшина. Домиков, где строгалась «Победа над солнцем» и писался «Черный квадрат», не осталось, или они изуродованы до неузнаваемости сайтингом. А деревья выжили. Малевич ходил одними и теми тропами меж них больше 20 лет. Дубы – свидетели и соучастники истории нового искусства. Художника похоронили на местном поле под супрематическим кубом – под кронами старого дуба, что по пути из Ромашково в Немчиновку. Тут он любил делать привал и под закуску думать о вечном. История эта была стерта вместе с имением Казимира на десятки лет. Пока не состоялась его первая посмертная выставка-реабилитации в 1989 года сразу в трех больших музеях – Русском, Третьяковке и Стедлике. Как раз тогда Саша Матвеев после инженерного института проходил срочную службу в Немчиновке. Там, юношей, узнал, кто такой Малевич, почему кучка примерно из 30 художников два раза в год собирается в Ромашково и Немчиновке, что вокруг могилы запутанная история. Матвеев потом купил себе домик по соседству, чтобы распутать этот клубок и собирать воспоминания современников и архивы. Жизнь на это положил. Потрясающий упорный человек был, в 2013 нашел-таки место упокоения Малевича и провел меня всеми его тропками. Писала об этом – тут В 2021 год Матвеева не стало, до последнего он звонил, предлагая новые идеи, чтобы задокументировать точки Малевича, поставить около дубов инсталляции и супрематистские сиденья. Когда он ушел, мы с художниками довели идею до конкретного проекта-маршрута, где на каждой локации инсталляции с историей. Объекты придумывали Леонид Тишков, Алла Урбан, Александр Панкин, Сергей Катран, Сергей Чернов, Марина Звягинцева. Это был самый популярный проект лет за пять в центре авангарда, которым является муниципальная галерея. Символично, что свой путь в Москве Малевич начинал рядом – первым его коммерческим заказом был дизайн одеколона «Северный» для фабрики Брокара. Ее владелец Александр впервые и вывез молодого художника на тусовку в районе Кунцева, где потом Малевич снял дачу по соседству с Маяковским, которая стала лабораторией смыслов современности. Видите, как удивительны судьбы сплетенья. Я могу рассказывать об этом бесконечно, потому что в этом есть жизнь и история. И по-моему, такой метод топонимики, визуализированный современно и осмысленно, самый честный. А в плакатах, превращающих супрематизм в мультик на потребу дня, нет искренности. Пустая сказка. Просто сувенир, матрешка, без содержания…