Когда мне было 14 лет, преподавательница английского дала задание на лето прочесть книгу на языке оригинала. Я решила выпендриться (да, есть за мной такое) и вместо сказок матушки Гусыни выбрала не много не мало - CATCHER IN THE RAY Сэлинджера. Через десять страниц я поняла, что была слишком самонадеянна, но отступать было поздно. Страх признать, что я обосралась сдалась был больше, чем презрение читтерства. Так что, я пошла по пути ..небольшого обмана. Решила, что вначале прочту книгу на русском, а потом уже на английском. Нашла в библиотеке "Над пропастью во ржи" в переводе Райт-Ковалёвой - и .... пропала на целые сутки. Двести сорок страниц проглотила днём, а ночью пыталась переосмыслить, что же это было. Холден Колфилд из русского перевода оказался поразительно похож на меня! Не понятый ни сверстниками, ни взрослыми. Слишком умный и слишком страдающий. Высокопарно выражающийся и стесняющийся своих чувств - ибо это проявление детскости. И старательно прячущий их за циничной маской. Через день я взялась за оригинал, но меня ждало фиаско: я вообще не понимала, о чём читаю. Странные незнакомые обороты, жаргонизмы… В Catcher in the Rye всё было по-другому! Это была ДРУГАЯ КНИГА! которую я не поняла и не приняла. Так что на лето я всё-таки взяла детские сказки. А Холден Колфилд из перевода Маргариты Райт-Ковалёвой стал моим внутренним альтер эго. Я мечтала покататься на коньках на прудах Центрального парка и, конечно же, ходить на пруд кормить уток. Кстати, И то, и другое я исполнила. Первое, что я сделала в Нью-Йорке, когда оказалась там в первый раз, - побежала кормить уток. И да, кормлю их до сих пор периодически, благо рядом есть пруды, и уток там хватает. А что до оригинала: с "оригинальным" Холденом я "познакомилась" второй раз уже после того, как начала понимать жаргонизмы и специфику разговорной речи. Удивительно, но этот Холден оказался другим. Не бунтующим подростком-интеллектуалом, а мальчиком, находящимся в преддепрессивном состоянии. А может это я просто стала взрослой и вместо сопереживания герою, оценивала его и его поступки через призму возраста? Скорее всего, именно так и было. Не знаю. Всё-таки я думаю, что в моей жизни было два героя повести Сэлинджера: один - оригинальный, и второй - созданный Маргаритой Райт-Ковалёвой. И оба - по своему дороги мне. Один- как мое альтер-эго и второй- как ребенок, которого хочется защитить. илл. 1краткий список слов, которые я не смогла перевести, когда мне было 14.. илл.2 обложка книги. автор иллюстрации Nadia Tai