…В учебниках по истории мирового искусства вплоть до 1987 года вы не найдете упоминаний о женщинах-художниках. Они все без исключения: от гениальной итальянки эпохи барокко Артемизии Джентилески до французских импрессионистов с женскими именами — не считались искусствоведами достойными признания. «Чай, тряпки и дети; дети, тряпки и чай», — написал один из критиков в 50-е годы прошлого века о творчестве Мэри Кассатт. Она приняла революцию импрессионистов сразу и стала одним из самых близких друзей Эдгара Дега, который искренне восторгался ее творчеством, заявляя: «Вот та, кто чувствует так же, как и я». Возможно, она была единственной женщиной, которая была близка ему именно как художник. Женоненавистник Дега и феминистка Кассатт, принявшая обет безбрачия, нашли друг друга в творчестве. Это ей он обязан успехом в Америке, куда Мэри привезла его первые работы. Ее наследие, которое составляет 600 картин и 300 гравюр, оказалось незаслуженно забыто во Франции, где она творила большую часть своей жизни. Материнство, невозможное для нее самой, стало ее главной темой. Она была истинным художником, но думала и писала, как женщина, и именно в этом главное достоинство ее творчества. Это фрагмент новеллы о Мэри Кассатт из моей книги «Искусство для артоголиков», издательства АСТ, последние экземпляры которой еще можно найти на книжных сайтах или озоне https://www.ozon.ru/product/iskusstvo-dlya-artogolikov-hanov-gay-gaevich-683546062/