ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ПОРТРЕТ ГУСТАВА АДОЛЬФА (1/2) #XVII #Швеция В 1632 г. английский дипломат сэр Генри Вэйн прибыл в Мюнхене, чтобы участвовать в переговорах о возвращении Пфальца изгнанному из Империи Фридриху V. Там он вступил в весьма жаркий спор с шведским королем Густавом Адольфом. Потом он писал: Королю свойственно чувствовать сожаление после каждой вспышки гнева. После Мюнхенского инцидента, он часто говорил мне, что сожалеет о своем поведении, и что он бы отдал все, что у него есть, чтобы научиться совладать со своими страстями, но каждый раз, когда он охвачен яркими чувствами, что-то берет власть над его разумом, и заставляет его забыть что он делает или говорит. Как только ему получается вернуть себе ясность рассудка, он осознает, какое несчастье он причинил, и ему всегда совестно за это. Но тем не менее, он не может научиться это контролировать, и надеется, что Господь и весь белый свет смогут простить его за это. Густав Адольф действительно был невероятно эмоциональным и вспыльчивым человеком. Вспыльчивость вообще была наследственной чертой семьи Васа (единственный, кто этим не отличался был Сигизмунд III, про которого историк Майкл Робертс писал, что "если не знать, что он Васа, можно было принять его за Габсбурга"), и Густав Адольф однозначно ее перенял, Его постоянно охватывали яркие эмоции, как во время чтения речей в риксдаге, так и во время битв. Он был импульсивен, и внутри него постоянно горел какой-то огонь, который часто мог выражаться в виде оскорблений и гнева. Представитель эстляндского дворянства, прибывший в 1629 г. в Стокгольм, описал свою встречу с королем следующим образом: Мы стояли, то ли покрасневшие, то ли бледные, в страхе перед Его Величеством, пока Его Величество столь остро и жестоко говорил о нас, обвиняя нас в таких делах, непотребствах и грехах, что по его словам, даже собаки от нас бы подачку не приняли. А во время переговоров с Ревелем в 1626 г., когда город отказывался подчиниться новым пошлинам на торговлю, введенным шведским правительством, король угрожал, что "Пушечными ядрами напишет на стенах домов города такие выражения, что жители не поверят своим глазам". Самая известная вспышка гнева Густава Адольфа была ,когда он в июне 1632 г. отчитывал своих солдат в Нюрнберге за неподобающее поведение и грабеж местного населения. Он не скупался на выражения, говорил, что "скорее будет ехать на лошади голым, чем будет одетым за их счет", что его "охватывает гнев от самой мысли, что мне приходится общаться со столь отвратительными людьми". Все, кто слушал эту речь, говорили, что никогда еще не видели короля столь разгневанным, и она произвела на всех прямо таки ошеломляющий эффект. После конца речи он заметил двух украденных коров у палатки капрала. После того, как он выяснил откуда они, он схватил нарушителя за ухо и потащил к палачу со словами "Пойдем, сынок, лучше я накажу тебя, чем Господь тебя накажет, и нас с тобой заодно".