“Затем для эллин­ских горо­дов при­шли (хотя и нена­дол­го) луч­шие вре­ме­на. Но вско­ре на Ионию вновь обру­ши­лись невзго­ды из Нак­со­са и Миле­та”. Это - Геродот. Даже он вынужден признать, что во всех своих будущих бедах греки виноваты сами. Ионийцы, метавшиеся между Крезом и Спартой с одной стороны и Персами с Афинами с другой, в общем-то нервничали зря. Первым это понял еще мудрый Фалес из Милета, давший своим согражданам совет признать власть Кира Великого над собой и заключить с ним сепаратный мир, не дожидаясь пока дозреют остальные ионийцы. Но и остальные города Ионии, несмотря на свое сопротивление персам, в итоге попали под их власть на вполне сносных условиях. Конечно, поскольку персом в главе с полководцем Кира Гарпагом (сам царь был в это время занят более важными делами в Вавилоне), пришлось с ними воевать, несколько городов были взяты штурмом и разграблены, а на остальных была наложена значительно более крупная дань, чем они платили до этого Крезу, но в целом жить было можно. Более того, большинству этих городов персы даже оставили самоуправление. А затем выяснилось, что быть под властью персов еще и очень выгодно. Ведь ионийские города входили теперь в состав огромной империи, ставшей одной большой зоной свободной торговли, а их купцы получили свободный доступ к богатейшим рынкам Ближнего Востока и Египта. Транзитное положение ионийских городов между Азией и Европой (прежде всего самой Элладой и находившейся далее за ней на территории Сицилии и Южной Италии сети греческих городов назвавшихся Великой Грецией), сделало их ключевыми узлами всей средиземноморской торговли. И деньги потекли в Ионию рекой, с большим запасом компенсировав увеличение размеров дани персам. Поэтому, кстати, когда в 508 г до н.э третий после Кира персидский царь Дарий I пошел походом на скифов, а заодно и подчинил себе причерноморские греческие колонии на территории современного Крыма, ионийцы горячо поддержали его. Установление власти персов там создавало идеальные условия для транзитной торговли зерном из Причерноморья, что обещало ионийским городам еще больше денег. Больше всех выиграли от такого положения дел подчинившийся персам первым и добровольно Милет и Афины, заключившие с персами союз еще до завоевания теми Ионии. Богатейший Милет как добровольный союзник платил почти символическую и гораздо меньшую, чем другие города дань персам и, к тому же, стал негласно главным персидским надзирателем за остальными ионийцами. Афины же получили доступ к персидским рынкам и, как им казалось, статус покровителей всех находящихся под властью персов греческих городов. Хуже же всех было Спарте, полностью рассорившейся с персами из-за своего, пусть и не состоявшегося союза с Крезом, ее пелопонесским союзникам, отрезанным из-за нее от торговли с Востоком, и дорийским городам малой Азии, оказавшимся фактически в двойном подчинении. Над ними главенствовали захватившие их персы, но делали они это в основном руками ионийцев, не знавших, в отличие от персов никакой меры в своих аппетитах. Эти неуемные аппетиты и погубили как Ионию, так и дружбу Афин с персами. А первым они погубили хитрый, богатый, но неразумный Милет, о бедах которого и их огромных последствиям мы поговорим в следующем посте. А оттуда уже и до Фермопил не так далеко😀. #Спарта_300