Продолжаю разбираться в процессах размывания границ между публичным и частным. Наша страна в этом смысле даёт большой материал для анализа и размышлений. В некоторых странах мира (в основном, в странах англоговорящих - Британии, США, Австралии...) еще с середины 1980-х гг. действуют полностью частные исправительные учреждения и центры содержания правонарушителей. Кое-где (во Франции) частным компаниям доверяют лишь отдельные функции по обслуживанию таких учреждений, в рамках проектов государственно-частного партнёрства. У нас, кажется, такого ещё нет. Но есть не менее интересные инициативы. Про систему "Честный знак" я выше уже писал. Родное государство обременяет частных лиц (в данном случае предпринимателей) ранее не существовавшими обязанностями, предоставляя при этом коммерческой компании полномочия контролировать исполнение этих обязанностей, управлять системой контроля и продавать обремененным новыми обязанностями лицам определенные услуги, в которых без соответствующих властных решений не возникло бы необходимости. Аналогичный случай — система взимания платы с грузовых фур за движение по дорогам федерального значения "ПЛАТОН" ("плата за тонну", её творчески заимствовали у немцев с их системой LKW-Maut, внедренной в начале 2000-х на схожих принципах, но впоследствии возвращённой под полное управление государства). Концессионер — как и в случае с "Честным знаком" — избран без проведения конкурса. Взимаемая через данную систему плата до сих пор не является ни налогом, ни сбором по смыслу Налогового кодекса РФ, представляя собой квазиналоговый платеж, администрируемый частным оператором. Деньги с большегрузов собирает частная фирма, ООО "РТ-Инвест-Транспортные системы", затем перечисляет в Федеральный дорожный фонд, а Правительство РФ по окончании года выплачивает ей вознаграждение (роялти) по определенной методике, которая описана в конфиденциальном концессионном соглашении. Согласно наветам иноагентов, там вознаграждение несопоставимо с доходами госбюджета (значительно меньше, конечно, но ведь плата в бюджет — это для целого государства, и там десятки млрд руб. — это капля в море, а вот роялти в миллиардах рублей частной компании — это очень немало...). Обращает на себя внимание то, что публичные по своей природе средства (нормы законодательства, индивидуально-правовые акты государственных органов, вменяемые субъектам обязательные платежи, меры юридической ответственности) используются фактически к выгоде отдельных коммерческих компаний, определяемых без проведения конкурсных процедур. Таким образом, публичный сектор становится источником заработка отдельных немногочисленных лиц. При этом соответствие общественным интересам, обоснованность и целесообразность принятия соответствующих концессионных соглашений и введения новых обязанностей, а также новых контрольных механизмов, передаваемых в частное управление, не поддаются объективной оценке в силу абсолютной непрозрачности как решений органов государственной власти, так и деятельности концессионеров. Ещё есть госкорпорации, госкомпании и т.наз. "публично-правовые компании". Это не совсем российское ноу-хау, т.к. подобные организации существуют много где (government corporations в США, public corporations в Британии, statutory corp-s в Индии, Établissements publics à caractère industriel et commercial во Франции). Но, похоже, только у нас созданные государством компании могут сочетать хозяйственную (в основном, коммерческую) деятельность с функциями нормативного регулирования и публичного управления.