В магазине Иван Иванович обнаружил, что остался только белый хлеб какого-то непонятного сорта. Еще остались батоны и рогалики, которые плохо выглядели даже через пластиковые очки. - А другого нет? - спросил Иван Иванович у продавщицы. Продавщица молча помотала головой, а сидевший на стуле у входа охранник, который разгадывал кроссворд, поднял голову, пристально и с сильным подозрением посмотрел на Ивана Ивановича, после чего медленно поднялся, всем видом демонстрируя бдительность и готовность исполнить свои должностные обязанности. - Чёрного... - пояснил Иван Иванович охраннику. - Чёрного? - с подозрением спросил охранник. - Бородинского, - уточнил Иван Иванович, - Я бородинский люблю. Каждый раз, когда ем бородинский - вспоминаю про нашу победу в Бородинском сражении над войсками коллективного Запада. - Ну да, - понимающе произнёс охранник, медленно сел обратно и вернулся к разгадыванию кроссворда. - Это правильно, - добавил он себе под нос, то ли имея ввиду объяснение Ивана Ивановича, то ли очередное разгаданное слово из кроссворда. Иван Иванович на всякий случай не стал спрашивать, свежий ли хлеб, чтобы не вызывать лишних подозрений, купил нарезной батон и поспешил домой. Мимо прошли двое с заклеенными скотчем ртами. Наверное, они много болтали и им выписали 15 суток молчания. Еще один прохожий был в полностью чёрных очках, его вела собака-поводырь. Но Иван Иванович понял, что это не слепой, просто неблагонадёжный гражданин или вообще иностранец, которому запрещено смотреть на то, как у нас всё хорошо. Проходя мимо того места, где он видел брошенную ржавую машину с разбитыми стёклами, наполовину стоявшую на газоне, Иван Иванович обратил внимание, что вместо неё там стоит новенький Москвич Победа. Перед домофоном он снял очки и посмотрел в камеру, чтобы искусственный интеллект опознал его. Затем дыхнул, широко открыл рот и показал язык, после чего дверь пикнула и открылась. Уже заходя в подъезд, Иван Иванович бросил взгляд в ту сторону, где стояла странная машина - без очков он снова увидел ржавую заброшку с разбитыми стёклами. Надо же, - подумал Иван Иванович, - вроде бы просто пластик, а работает, - он имел ввиду одноразовые очки, в которые вместо экранов дополненной реальности была вставлена, казалось бы, простая тонированная плёнка. Поднимаясь в квартиру, Иван Иванович вынул из почтового ящика газету и какую-то рекламную листовку. Дома, поставив чайник, он посмотрел в листовку - там рекламировалось добровольное удаление языка по системе ОМС. В листовке утверждалось, что это совершенно безболезненно и даёт 100 баллов к социальному рейтингу, что обеспечивает хорошие перспективы по трудоустройству и возможность брать кредиты на более выгодных условиях. Иван Иванович поморщился, выбросил листовку и включил телевизор. По телевизору в новостях рассказывали, что поймали группу подростков, которые царапали на партах иностранные слова, которые им передавали иностранные спецслужбы. Когда показывали запись их задержания, один из подростков выкрикнул: - No pasaran! В этот момент Иван Иванович проснулся. Телевизор был включен и там действительно шли новости. В новостях говорили, что принят закон о запрещении иностранных слов на вывесках и в рекламе. - То ли еще будет, - пробормотал Иван Иванович, вспомнил свой сон, выключил телевизор и пошёл ставить чайник. Из цикла "Странные сны Ивана Ивановича".