Как я объяснила Лере, почему у мамы сейчас нет сил. И почему она стала спокойнее. Начало истории здесь Я пришла к ней в комнату, села рядом и спросила: — Помнишь свою операцию? Перитонит. Сколько дней ты лежала в реанимации? (Мы пережили этот страшный момент в позапрошлом году). — Четыре. — Могла ты вставать после операции? — Нет. — Почему? — Было больно. Я просто лежала. Я посмотрела на неё и сказала: — А теперь представь. Мне сделали операцию. Только мне не дали лежать четыре дня. Через пять часов меня заставили встать с адской болью. А через пару часов я уже мыла, переодевала и кормила ребёнка. В палате кроме меня никого не было. Папа приезжал только после обеда. Она слушала молча. — А когда я приехала домой, силы не вернулись. Мне всё ещё было больно. Понимаешь? — Представь батарейку. Что с ней происходит, когда она разряжается? — Ничего не работает. — Да. Моя батарейка сейчас очень разряжена. Если её не зарядить, она сломается. Перестанет работать совсем. Я говорила спокойно, но внутри всё дрожало. Потому что я знала: следующий разговор будет про то, что я не всегда могу быть сильной. — Лера, у меня сейчас гормоны играют так, что я могу расплакаться из ниоткуда. Просто потому, что устала. Потому что больно. Потому что организм восстанавливается. Это не значит, что ты сделала что-то не так. Это значит, что мне сейчас нужно время. И в этот момент у меня потекли слёзы. Я не смогла их сдержать. Просто сидела и плакала, глядя на неё. А она… она не отвернулась. Она внимательно меня слушала. И в тот вечер она растаяла. Я почувствовала, как напряжение уходит. Как она становится мягче. Как между нами снова появляется то самое — тёплое, живое, настоящее. Мы стали чаще обниматься. Я гладила её по голове и думала: вот оно. Вот этот разговор, после которого что-то сдвинулось. Иногда достаточно просто показать, что тебе тоже больно. И позволить себе быть слабой. МАХ ВК Запрещенка YouTube