*** Зреет вечер подобием мака. Избы курят дымы набекрень. Вдоль забора плетётся собака,  Обгоняя ползущую тень.   И не грустно, а как-то тоскливо, Машут в окна сутулые дни. Закисает продрогшая нива, И чернеют сырые плетни.   Что мне в этом забытом уделе, В этой боли остывших полей? Не унять её в пахотном теле, Возливая вино и елей.   И пусть мёрзлость уж близко, при дверех,  Но, что некогда было теплом, Трепыхается в сердце, как терех,  И тревожит усталым крылом.   Всё ж люблю вас пустые просторы,  Чернь дорог и глухие леса!.. Монотонность скрипучей рессоры И умеренный ход колеса…    Рыжей медью звенящую осталь, Жёлтый плуг усечённой луны… Нет, душа, не напиться нам вдосталь Вольным духом родной целины!    Нет, душа, не сыскать нам иного За пределами русской глуши,  Что встречало б улыбкой святого  Тихий шепот болящей души!   Будь же ты преподобен и вечен, Необъятно раскинутый вдаль Над туманами вызревший вечер, Облачённый в червлённую хмарь!