– Христианин должен смиряться, и считается, что смириться – это проявить какую-то слабину, слабохарактерность. Скажите, чем отличается смирение от слабости? – Сильный человек не ищет виноватых. Сильный человек, смелый человек ищет Бога. А найти в себе силы смириться может только очень смелый человек. Вот я недавно прочел интересную историческую заметку о наших воинах. Гусарский полк, один из офицеров проштрафился. Приезжает главнокомандующий, начинает ему выговаривать, увлекается этим, выходит из себя и начинает на офицера орать… И тут офицер произносит слова: «Был приказ главнокомандующего: офицерам на офицеров не орать!» И увлекшийся гневом главнокомандующий осекся, а потом произнес: «Приказы главнокомандующего надо исполнять». И гнев его остыл. Вот в этом смирении что было – проявление слабости или проявление силы? Главнокомандующий смирился перед своим офицером, на которого орал и который наверняка в чем-то был повинен и считал этот гнев справедливым. Но стать благороднее этого гнева, стать сильнее своих эмоций – для этого нужно силы гораздо больше. Еще философ Демокрит сказал: «Многие люди господствовали над городами и в то же время были рабами женщин». Потому что великая сила – победить свои собственные страсти. Взять верх над своими страстями, своим гневом, например. В миру считается, что сильный человек – это тот, кто может постоять за себя своим ревом, своим тявканьем, тем, что стукнет кулаком об стол или в дверь… А что он решает-то? Он решил проблемы в своей собственной семье? В своей собственной семье, в личных отношениях никакой силой, никакой смелостью ничего решить нельзя. Кто-то из смелых людей сказал: «Говори громко, чтобы тебя услышали! Говори тихо, чтобы тебя послушали!» Ты, смелый человек, орать будешь на жену, на друзей, на сына, на дочь? Они послушают тебя или нет? Больше сил и смелости требуется для того, чтобы перебороть это мнимое превосходство над другими людьми, особенно над слабыми. Поэтому еще Достоевский сказал: «Смирение – это страшная сила!» Это страшная сила, которая способна многие вещи переменить. Я задумался над словом «страшная». Достоевский ведь не мог сказать тавтологично – «сильная сила». И потому «страшная», то есть очень-очень большая. Вот такова сила смирения. Но нужно различать, дифференцировать, когда мы с друзьями или если кто-то обижает слабого человека, девушек, если на нашего друга «наехали», если топчут флаг Российской Федерации, как английские фанаты. Не обязательно сразу бить в глаз, но бортануть плечом от флага надо, чтобы отлетел, но отлетел мне в руки, не на асфальт головой… Я такой простой бытовой пример привожу. Тут тоже должна быть смелость, когда мы за страну, за близких нам людей заступаемся. Вспомню такой, казалось бы, простой пример, однако на самом деле очень сложный. Вот расхожая цитата, которая оправдывает пацифизм Толстого: если кто ударил тебя в правую щеку, подставь тому и левую. Как исполнять это в нашей повседневной жизни? Тут, в самой цитате, не так всё просто. Дело в том, что когда тебя бьют правой рукой, то попадают в левую щеку. А тут «если кто ударил тебя в правую щеку» – значит, это не совсем про наши физические отношения. Старец Амвросий это толковал так: «Когда тебя ложно оклеветали, это тебя ударили в правую щеку. Поэтому вспомни свои неправые дела, за которые тебе пришло это наказание, только чуть позже, и эту критику прими с должным отношением, потому что в этом есть своя справедливость». Вот это принятие критики и есть «подставить левую щеку». Был совершенно конкретный случай, который может служить хорошей иллюстрацией того, что все имеет какой-то предел и какое-то человеческое толкование. Я сам его слышал от известного священника, уже почившего, – отца Димитрия Гудкова, Царствие ему Небесное. Вот что он рассказывал. Один молодой человек собирался из Пушкино в Троице-Сергиеву Лавру, ждал электричку. Подходит к нему подвыпивший мужичок, видит: юноша скромный. Он его... Продолжение в комментариях ⬇️