🤩🤩🤩🤩🤩 🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩 🤩Часть 134. Роза лежала на жёсткой больничной койке, прикрыв глаза. Голова гудела, но это было уже неважно. Внутри всё замерло, будто она боялась дышать, боялась думать, боялась чувствовать. Скорпиус сидел рядом, на краю стула, и держал её за руку. Его пальцы были тёплыми и надёжными, и это было единственное, что удерживало её на плаву. — Всё будет хорошо, — тихо говорил он, поглаживая её костяшки. — Ты просто перенервничала. Столько всего... у тебя просто сдали нервы, а утром всё пройдёт. Она не ответила, но слабо сжала его пальцы. Он понял. Он всегда понимал. — Твоя мама выкарабкается, — продолжал он, и в его голосе была такая уверенность, что Роза почти поверила. — Мой отец там и если что, он всё узнает и нам сообщит. Она сильная и она справится. — Спасибо, — прошептала она, наконец открывая глаза. — Что ты здесь. Он улыбнулся, и его улыбка была такой тёплой, что ей захотелось плакать, но слёз больше не было. Они кончились где-то по дороге сюда. В этот момент шторка открылась. — Молодой человек, вы не могли бы подождать в коридоре? — сказал немолодой врач мужчина. — Мне нужно поговорить с моей пациенткой наедине. Скорпиус нахмурился, не отпуская её руку. — Я могу остаться. Я... — Таковы правила, — мягко, но твёрдо сказал врач. — Это не займёт много времени. Роза кивнула, и Скорпиус нехотя поднялся. Он поцеловал её в лоб, шепнув «я рядом», и вышел, оставив дверь приоткрытой. Врач сел на стул, который только что освободил Скорпиус, и посмотрел на Розу. Она вдруг почувствовала себя маленькой и беззащитной под этим профессиональным, оценивающим взглядом. — Мисс Уизли, — начал он, — вы ещё несовершеннолетняя. Для обследования и выписки лекарств нам нужен законный представитель. Роза горько усмехнулась. Законный представитель. Мама на операционном столе, отец мёртв. Идеально. — Мою маму только что привезли, — сказала она ровно, стараясь не показать, как дрожит голос. — Она сейчас в реанимации, а больше у меня никого нет. Я справлюсь сама. У меня просто голова болит, кружится немного. Выпишите мне что-нибудь, и я пойду. Мне нужно быть с мамой. — К сожалению, — медленно произнёс он, — при вашем положении я не могу просто выписать лекарства и отпустить вас. Роза нахмурилась. Какое ещё положение? Она больна? У неё что-то серьёзное? Страх кольнул где-то под рёбрами. — В каком положении? — спросила она, и её голос прозвучал резче, чем она хотела. — Я ничего не понимаю. У меня просто голова болит. Я упала в обморок от стресса. Вы же сами сказали... Врач поднял на неё глаза, и в них было что-то, от чего у Розы похолодело внутри. Он помолчал секунду, словно собираясь с силами, а потом сказал тихо, но очень чётко: — Вы не знаете, что беременны? Роза смотрела на него, не моргая. Не понимала. Не могла понять. Беременна? Это какая-то ошибка. Это не может быть правдой. Это просто... — Что? — выдохнула она. — Нет, вы ошибаетесь. Я не... этого не может быть. — Анализы крови, которые мы сделали, когда вас принесли, показывают повышенный уровень ХГЧ, — терпеливо объяснил врач. — Примерно четвертая-пятая неделя. Вы действительно не замечали? Задержка, тошнота... Тошнота. Роза вспомнила, как её вырвало в ванной Скорпиуса, как потом ещё раз, по дороге в больницу. Она думала, это от стресса. От всего этого кошмара. А это... Она закрыла глаза. В голове крутились обрывки: та ночь в доме Скорпа, его руки, его губы, его шепот «я ничего такого не хочу». Но они же... они были осторожны. Ну, почти. Не всегда. Иногда было слишком хорошо, чтобы думать о последствиях. — Это невозможно, — прошептала она, но уже понимала, что возможно. Всё возможно. Её тело не врало ей эти недели — усталость, тошнота, странные пристрастия в еде, которые она списывала на стресс. Господи, как она могла быть такой слепой? #зарисовка #лучиксолнца