«ХАРИТОНЫЧ». Как казак, агроном и священник стал святым Знаете, что объединяет успешного управленца, талантливого педагога и человека, который не боится смерти? Ответ прост: любовь к своему делу и к своей земле. Именно таким был человек, о котором хочу сегодня рассказать — священномученик Николай Попов. Вглядитесь в эту судьбу. Родился в 1864 году в семье донского казака, статского советника Харитона Ивановича. Отец — личность легендарная: один из основателей и первый директор Музея Донского Казачества. Мать — из священнического рода. Девять детей в доме, строгость, любовь и тот самый «патриархальный дух», который держал Россию веками. Казалось бы, путь Николая предопределен. Но он выбрал неожиданный маршрут. Сначала гимназия, где сверстники уважительно звали его по отчеству — «Харитоныч». Потом Харьковское земледельческое училище. Парень рвется помогать родному краю, хочет поднимать хозяйство, учить людей агрономии. Но душа — сложная материя. Николай понимает: одного хлеба насущного мало. Без хлеба духовного никакой урожай не спасет человека от духовного невежества. И в 30 лет, уже будучи взрослым, состоявшимся человеком, он поступает в Донскую семинарию. Это не юношеский порыв — это взвешенное решение мужа. Дальше начинается самое интересное. Молодого священника отправляют в глушь — на хутор Колодезный. Степь, бездорожье, вместо храма — молитвенный дом, вокруг пьянство и суеверия. Для современного «успешного успеха» — катастрофа. Для отца Николая — фронт работ. Что он делает? Он не просто служит литургии. Он строит учительскую школу с общежитием! На свои деньги покупает учебники, организует ферму, учит казаков пахать землю по науке. Кстати, на его просьбы откликался сам Иоанн Кронштадтский. Представляете уровень уважения? Отец Николай был тем редким типом пастыря, который мог и требник прочесть, и лошадь подковать, и урок математики провести, и в случае чего — помочь как врач, ведь доктора в хуторе не было. Но революционная смута не щадит никого. Пришла Гражданская война. Линия фронта катится по хуторам. Тиф косит людей десятками в день. И тут священник Попов проявляет главную черту русского пастыря: он не уходит. Когда все вокруг рушится, когда власть меняется, когда жизнь висит на волоске — он остается с паствой. Он ездит по домам к больным, исповедует, причащает. Заражается тифом сам, чудом выживает, и едва встав, снова идет к людям. Но новой власти, которая ставила на место Бога «интернационал», такие авторитеты были не нужны. Особенно когда узнали, что его брат — походный атаман Петр Попов, борец с красными. Комиссар по кличке «Махор», еще недавно сидевший за одним столом с батюшкой, выносит ему смертный приговор. Но и в застенках этот человек остается Священником. Три дня его водят под конвоем по хуторам, чтобы он причастил умирающих. Три дня он из камеры превращает дом молитвы. Перед расстрелом он пишет родным: «Простите все своим врагам, простите и мою мученическую смерть». Это не слабость. Это сила, которую сломать невозможно. Его изрубили шашками на песчаном карьере. Но память не изрубить. Тело нашли по останкам дочери, похоронили у алтаря родного храма. И пока стоял храм — шли люди. А когда снесли храм — память жила в сердцах. В 2006 году отец Николай был причислен к лику святых. Но для нас он святой не только решением Синода. Он святой потому, что остался человеком, пастырем и патриотом в то время, когда рушилось всё. Сын казака, агроном, педагог, врач, священник. В одной судьбе — вся Россия: трудолюбивая, верная, не сгибающаяся. Вечная память. Пригласите друзей в наш канал 👉 https://max.ru/join/Zq3ctzePc6QfNpfGFibgkifWzqSG7n0qNHPypg5n2cM