Пациент скорее жив, чем мёртв? Пациент скорее мёртв, чем жив? Вы расходитесь — и в голове один вопрос: любовь… была? Всегда? Ты знаешь ответ. Но пытаешься убедить себя в обратном. Правда — страшна. Правда — боль. Правда — обида. Но правда — свобода. И в чём она, эта правда? В том, что это была не любовь, а привычка. Попытка спасти то, что уже не дышало, сколько палкой ни тыкай. Был страх разрушить то, что так долго строил. Страх пустоты. Страх признать, что чувства давно ушли. А может, и не было их вовсе. Было волнение, было желание. Была влюблённость, молодость, совместные планы. А потом быт, списки покупок, кредиты, садик, отчёты. И вдруг замечаешь, что говорите только о детях и счетах. Что вы — команда. С двумя капитанами. На одном корабле. Но плывете в разные стороны. Но и там и там тупик. И вот здесь в дело вступает страх. Одиночества. Осуждения. Тишины. У каждого свой. Мой был про детей. Про то, что больше не услышу по утрам: "Пап, ты проснулся?" Но страх — не повод оставаться там, где уже нет жизни. Понадобится время признать: любовь к партнёру и любовь к детям — не одно и то же; страх неудачи — не сама неудача; а ты — не то, что о тебе подумают. И в этом — корень. Основание. Фундамент. Железобетон. В правде. В честном отношении к себе. Это то, что заставляет вставать и меняться. И, пожалуй, в этом и есть зрелость: не путать любовь с обязанностью, страх с привязанностью, а боль с верностью. И если один пациент мёртв — любовь к партнёру. То другой жив. Про него часто забывают, погнавшись за стаей бабочек. Любовь к себе. Когда вспомнишь про неё — начнёшь видеть ясно. Ты не теряешь. Ты возвращаешь себя. И это только начало.