Я считал слонов и в нечет и в чёт, И все-таки я не уснул, И тут явился ко мне мой чёрт, И уселся верхом на стул. И сказал мой черт: — Ну, как, старина, Ну, как же мы порешим? Подпишем союз, и айда в стремена, И ещё чуток погрешим! И ты можешь лгать, и можешь блудить, И друзей предавать гуртом! А то, что придется потом платить, Так ведь это ж, пойми, потом! Аллилуйя, аллилуйя, Аллилуйя, — потом! Но зато ты узнаешь, как сладок грех Этой горькой порой седин. И что счастье не в том, что один за всех, А в том, что все — как один! И ты поймёшь, что нет над тобой суда, Нет проклятия прошлых лет, Когда вместе со всеми ты скажешь — да! И вместе со всеми — нет! И ты будешь волков на земле плодить, И учить их вилять хвостом! А то, что придется потом платить, Так ведь это ж, пойми, — потом! Аллилуйя, аллилуйя, Аллилуйя, — потом! И что душа? — Прошлогодний снег! А глядишь — пронесёт и так! В наш атомный век, в наш каменный век, На совесть цена пятак! И кому оно нужно, это добро, Если всем дорога — в золу… Так давай же, бери, старина, перо И вот здесь распишись, в углу! Тут черт потрогал мизинцем бровь… И придвинул ко мне флакон… И я спросил его: — Это кровь? — Чернила, — ответил он… Аллилуйя, аллилуйя, — Чернила, — ответил он Александр Галич