🧊 Витрина мировой политики? К пониманию современных международных отношений в Арктике Арктику часто называют «кухней мировой погоды». Действительно, климатические процессы в полярных широтах оказывают существенное влияние на формирование погодных условий на всей планете. В мировой политике, на первый взгляд, ситуация прямо противоположная: международные отношения в Арктике как будто отражают глобальную международно-политическую динамику и межгосударственные отношения в высоких широтах – лишь проекция взаимодействий за пределами региона. Но так ли это на самом деле? Поразмышлял на эту тему в дебютной статье для проекта «Валдай – новое поколение» @valdaiclub. Главное: • Первый за четыре года саммит лидеров России и США прошёл 15 августа на Аляске. Выбор локации неслучайный, изящный и символичный. Среди прочего это напоминание о том, что в Арктике у двух великих держав есть не только общая граница, но и интересы. • Военно-политическая и – с некоторых пор – дипломатическая динамика в Арктике отражают глобальные тенденции в отношениях между Россией и Западом, однако в полярных широтах у них особая «рефракция». • Основу региональных отношений между арктическими державами с окончания холодной войны составляли взаимное доверие и особая ответственность за судьбу региона. Именно совпадение этих двух компонентов предопределило кооперативный характер межгосударственных отношений в Арктике начиная с 1990-х годов, когда Россия и западные страны создали общие институты регионального сотрудничества. • По мере нарастания конфронтации между Россией и Западом в 2010-х годах взаимное доверие стало исчезать, что создало «дилемму безопасности» и запустило ползучую милитаризацию Арктики. Эскалация украинского кризиса в 2022 году поставила «исключительность» Арктики под сомнение. • Тем не менее спустя три с половиной года конфликта все государства региона по-прежнему выступают за сохранение Арктического совета как ключевой и уникальной международной площадки по арктическим вопросам, рассчитывают на возобновление его работы и продолжение сотрудничества в области невоенной безопасности, а также декларируют стремление сохранять «мир и стабильность» в Арктике. • Ключ к пониманию такой динамики – и уникальности Арктики – лежит в особой ответственности арктических государств за судьбу региона, его хрупких экосистем и коренных народов Севера. Именно эта особая ответственность и осознание общей арктической идентичности на контрасте с нерегиональными игроками служит «предохранителем» от полного разрушения инфраструктуры арктического диалога между Россией и Западом. • Конечно, в условиях практически полной утраты взаимного доверия говорить о восстановлении полноценного политического взаимодействия в рамках Арктического совета преждевременно, даже с учётом постепенного перезапуска его рабочих групп. В то же время некоторые перспективы «потепления» намечаются между двумя ведущими региональными державами. Несмотря на положительные перспективы, питать иллюзий не стоит. • Во-первых, Трамп защищает исключительно американские интересы и преследует национальную выгоду. Сотрудничество с Москвой в Арктике для американского президента – лишь дополнительная возможность усилить собственные позиции в регионе за счёт доступа к российским ресурсам. Кроме того, это ещё и попытка вбить клин между Россией и «близарктическим» Китаем. • Во-вторых, возможное возобновление российско-американского сотрудничества в Арктике не повлечёт за собой автоматическую реабилитацию Арктического совета, где сильны позиции ценностно заряженных стран Северной Европы и Канады. • На фоне потенциального сближения Москвы и Вашингтона в высоких широтах наметилась новая фрагментация – на этот раз внутри западного блока. Разногласия между администрацией Трампа и союзниками ускорили сближение Канады с Европой, в том числе в контексте Арктики. Read in English here.