О гегелевском подходе к всеобщему Ильенков пишет следующее: «Всеобщее понимается в его философии прежде всего как "Идея", т. е. как идеалистически мистифицированный закон развития человеческой духовной культуры». А о понимании всеобщего в марксизме он говорит так: «Всеобщее выступает тут как закон или принцип связи таких деталей в составе некоторого целого, "тотальности", как предпочитал выражаться вслед за Гегелем К. Маркс». Но чем этот «немистифицированный» закон у материалистов по своей логической функции отличается от идеи Гегеля? Законы, выведенные наукой, — это именно идеи, идеальные изображения реальных процессов. Абстрагированный нашей деятельностью способ существования предмета, равно как и все его существенные стороны, выраженные в мышлении как понятия (законы и категории, в том числе такие как "материя") это — отражения. Здесь речь идет об идеальном, причем в том смысле, в котором идеальное понимал сам Ильенков: «Идеальное — субъективный образ объективной реальности, т.е. отражение внешнего мира в формах деятельности человека, в формах его сознания и воли. Идеальное есть не индивидуально-психологический, тем более не физиологический факт, а факт общественно-исторический, продукт и форма духовного производства». Соответственно, единый закон Гегелем понимался адекватно — именно как идея. Тут нет никакой мистификации. Гегель абсолютно прав в своем понимании закона. Однако материалисты должны строго различать отражение в мышлении, от отражаемого, не путать и не смешивать их. Конечно же, вопрос стоит об истине, то есть об адекватности отражения отображаемому, о том чтобы изображение предмета действительно показывало существенное в нем. Но даже самое адекватное мыслительное изображение, которое именно потому, что оно адекватное является очень практичным, не перестает быть изображением. Надеюсь, статью о том, как понимать всеобщее материалистически с учетом незавершенности и о том, что нам это может дать, удастся закончить в течение нескольких дней.