Глава lll Подпольный мир Петербурга Как только Оливера посетила идея, он незамедлительно начал листать телефонную книжку, и набрал какой-то неподписанный номер. "Алло, это Оливер. Нужно встреться, твоя помощь может пригодиться." Оливер ничего не сказал Виктору и Марии о том, куда он направляется, просто взял пальто и пошел. Он курил возле дома, наслаждаясь ноябрьским воздухом и снегом, падающим на лицо. И вот наконец к нему подошёл Иван Вишневский, ему-то Оливер и звонил. — Приветствую. — Да-да, привет. — Оливер протянул руку для рукопожатия. — Ближе к делу. Чего тебе нужно было. — Ваня, слушай. Мне нужно одного человека найти. Блондин, 26 лет примерно, шрам на правой щеке, и на запястье татуировка православного креста. — Хм-м-м. — Иван сделал паузу. — Я тебе так сразу и не скажу. Я не из тех, кто с людьми контактирует. — Черт, Вань, ну не знаю, связи напряги свои. — Оливер, ты не слишком много себе позволяешь? — Не забывай, что я спас твою возлюбленную, и за тобой сохранился должок. На лице Виневского можно было четко прочитать раздражение. — Ладно, убедил, придется тебе помочь. Сам я такого человека не знаю, но есть вариант, как решить эту проблему, но решение тебе может не понравиться. — Валяй. — Нет, просто иди за мной. Иван повел Оливера куда-то. Они шли достаточно долго, им предстоял путь с середины Невского проспекта до Фрунзенского района. Мужчины были немногословными, и за весь путь у них состоялся один единственный диалог. — Как там хоть у тебя с дочерью Храмова? — уставший от унылого похода, Оливер разбавил унылую обстановку. — На удивление прекрасно. Я собираюсь делать ей предложение. — чуть-чуть взбодрившись промолвил Иван своим хриплым и протяжным тоном. — Не рано ли? — Нет, думаю. Ну это был бы не я, если бы не делал поспешных решений.— Иван с улыбкой пожал плечами. Мужчины продолжили путь. Вскоре они вошли в подвал многоэтажного здания. — И на кой черт ты привел меня сюда? Ты тут что, людей забиваешь, или бомжам жилье продаешь? — возмущался британец. — Иди-иди. Без шуток желательно. — Лишаешь удовольствия. — Не ворчи, Оливер. Оливер огляделся. Стены подвала были сырые и ободранные, всюду воняло плесенью и отходами. Иван подошёл к самой грязной стене, и постучал тремя быстрыми и резкими стуками, а затем, через 10 секунд ударил еще пять раз но уже медленнее, и один раз всем кулаком. В то же мгновение стена отворилась, и Иван кивнул Оливеру, в знак того, что надо входить. Как только Оливер вошёл, стена закрылась. Перед глазами британца предстала необыкновенная картина: под этим домом, и очевидно не только под ним была своя подвальная сеть, из освещения, на потолке были подвешены фонари. Под домом были трубы, которые проводили воду в дом, рядом с этими трубами были кровати, там спали жители этого места — нелегальные эмигранты. Иван повел Оливера через лежаки нелегалов, и так они шли десять минут, пока не пришли к большой и роскошной железной двери, на которой красовались фотографии оружия и драгоценностей. — А там что, главный гастарбайтер живет? — насмешливо спросил Оливер. — Ты в лицо ему главное это не скажи, если жить хочешь. Иван постучал в дверь и показал какую-то карточку в глазок. Там лысый мужчина под два метра ростом и очень крупного телосложения в темных очках и чёрном костюме открыл дверь. — Кобра, кто с тобой? — обратился к Ивану мужчина. — Все нормально, это мой друг. Оливер вошёл в темную комнату, увешанную красными коврами, они были на стенах, на полу. Комната освещалась лишь десятью свечами, стоявшими на столе в подсвечнике. За этим самым столом сидел мужчина, одетый в красную полосатую рубашку и черные брюки с туфлями. Он сидел откинувшись на стуле, положив одну ногу на другую. Лицо его было слабо видно, и никаких черт Оливер не разглядел. —Я прошу тебя объясниться, Кобра. Кто этот человек, и почему ты привел его сюда? — четко и медленно выговаривал слова мужчина.