В мире начался рост цен на полимеры. Ключевой фактор, что логично, — разрыв сырьевых цепочек на фоне конфликта на Ближнем Востоке, который обеспечивает значительную долю глобальных поставок нефтехимического сырья. Цены на СУГ выросли до $1033 за тонну (+68% к концу февраля), нафта — до $1085 (+74%). На этом фоне полимеры в Азии прибавили около 30%, несмотря на предыдущий период профицита. Российский рынок демонстрирует более сдержанную динамику за счет вертикальной интеграции и собственного производства. Тем не менее рост также значительный: полиэтилен высокой плотности подорожал на 11%, низкой — на 7%, линейный — на 12%. Отдельные производители уже индексировали цены на 6–8%. Спрос при этом носит опережающий характер. Покупатели формируют запасы, закладывая ожидания дальнейшего роста. Это усиливает ценовое давление и ускоряет передачу шока по цепочке. Глобально ситуация усугубляется сокращением предложения: более 25 компаний объявили о снижении загрузки и форс-мажорах. Потери поставок полиэтилена с Ближнего Востока оцениваются в 1,7 млн тонн, что составляет около 1,4% мирового производства. Россия данный объем компенсировать пока не может, поскольку мощности и так работают на пределе. Текущая ситуация на мировом рынке полимеров приводит нас сразу к двум выводам. Во-первых, решение об ускоренном развитии нефтехимии, принятое десять лет назад, полностью себя оправдало. Сейчас мы видим очередное подтверждение. Хотя факт того, что вместо экспорта сырья необходимо делать ставку на его глубокую переработку, был бесспорным всегда. Во-вторых, приоритетной задачей сейчас является обеспечение внутреннего рынка. Для этого необходимо пойти по пути механизма, действующего в секторе удобрений. Цены для собственных потребителей зафиксированы, а объемы закреплены. Все, что идет выше квоты, может быть направлено на экспорт. Константин Двинский в Max. Подписаться.