На самом деле нет никакой гарантии, в каком обществе окажется преклир после этой жизни. Сегодня он сидит в сессии, но времена смутные, и никто не скажет, где он окажется через сто лет. Возможно, он инкарнируется на другой планете, в обществе с совершенно иными нормами. Возможно, народ, повадки которого вы сейчас тщательно ему внедряете, к тому времени вообще исчезнет. Поэтому, когда вы одитируете, вы не можете просто подогнать его под конкретную культуру или общественный кодекс. Единственное, что вы действительно можете реабилитировать у человека — это его способность самому определять свои действия. Всё. Больше вы ничего не можете реабилитировать. Всё остальное — это надстройка, это внешний антураж. Но если он умеет самостоятельно решать, что делать и чего не делать, — он справится в любом обществе. Неважно, будет ли он в стране, где похвально целовать девушек, или в той, где это считается преступлением. Неважно, окажется ли он среди индейцев галакахучи, в тайной секте монахов или в высокотехнологичной цивилизации. Если он обладает способностью наблюдать, осознавать и выбирать — он выживет, он победит, он будет в порядке. Вот и весь путь к настоящей свободе. Не внедрение определённых правил поведения. Не натаскивание на “правильные” поступки. А восстановление власти человека над своими собственными действиями. Только это имеет смысл. И только это работает в масштабах времени, жизни и всей трассы. «Природа висхолдов», 16 января 1962, СИКСХ-104